Чужое сердце

Молли отнеслась к появлению хозяина с умеренным восторгом. Кошка приблизилась к дивану и потёрлась о ногу писателя, грациозно обвивая её пушистым хвостом.

– А где моя чёрная любимица? – Грэг Фишвик взял животное на руки и заглянул в сверкающие загадочно-зелёные глаза. – Ты подружилась с Кейси, пока меня не было?

Кошка требовательными движениями высвободилась и спрыгнула на пол.

– Я вернулся, – произнёс мужчина ей вслед, хотя обращение в большей мере адресовал себе, чем Молли. Слово приобрело для него двойной смысл.

Не просто вернулся домой, а вернулся с того света, после того как потерял сознание и рухнул в темноту.

– Меня выписали, – сообщил он Кейси по телефону.

– Отличная новость! – обрадовалась девушка. – Как только разберусь с делами в библиотеке, сразу же примчусь к тебе.

– Буду ждать, – Грэг положил трубку и погрузился в холодную тишину.

Имел ли он право на любовь Кейси? Ещё недавно писатель был уверен в утвердительном ответе на данный вопрос.

Но за последние дни кое-что изменилось, и он не мог игнорировать некоторые факты. Возможно, ему потребуется пересадка сердца, во время которой он не будет застрахован от летального исхода. Справедливо ли это по отношению к девушке? Может быть, прекратить отношения, пока не стало слишком поздно? Причинить боль сейчас, чтобы уберечь от более сильных страданий потом?

А если честно рассказать ей о своих мыслях и попытаться разобраться в этом вдвоём?

Вопросы, похожие на диких ос из разорённого улья, жалили сознание Грэга без всякой жалости.

Когда пришла Кейси, она даже не подозревала о том, что творится на душе у Грэга. И всё-таки она заметила в нём едва уловимую перемену. Слегка надтреснутый голос, отстранённый взгляд, напряжённые мускулы лица – совокупность мелких признаков выдала мужчину почти сразу.

– Грэг, ты выглядишь каким-то растерянным, – он помог гостье снять пальто и повесил в прихожей. – Что с тобой?

– Кейси, я думаю, нам нужно серьёзно поговорить, – произнёс писатель.

– О чём?

– О нас.

Девушка уловила дуновение зловещего ветра перемен, иссушающего лицо острыми песчинками непонимания. Грэг Фишвик приготовился высказать что-то чрезвычайно важное, настолько важное, что ему понадобилось собрать для этого всю волю в кулак.

– Я тебя не понимаю, – Кейси старалась найти ответы в его лице, но оно превратилось в застывшую мраморную маску, скрывшую под собой тяжёлые страдания.