Туманный Антакаль. Часть1. Свобода

В том рейде, когда погиб Марс, погибли ещё два члена отряда, что было вообще-то редкостным рекордом по числу погибших. Долго разбирались, потом дело замяли, все получили звания героев и награды, погибшие – посмертно. Отряд без предводителя, Марса, развалился. Карьера Доната, насколько я знаю, попёрла в гору. С чем я мысленно его поздравила и понадеялась, что теперь-то, после таких высот, у него есть всё, чего ни пожелай, и моя персона уже не волнует его так, как раньше.

Глава 7

Я закрыла блокнот. При попытке его убрать, из него посыпались бумажки.

В блокноте хранились записки от Марса, которые он мне передавал, пока вместе учились в академии. Глупые, смешные, невинные, но дорогие сердцу, от которых веяло прошлым счастьем. Я перечитывала их со слезами на глазах. Надо сходить попрощаться с Марсом. Всё же, неизвестно когда я вернусь. А вдруг и не вернусь, мало ли что может со мной случиться?

Хотя для меня Марс и не был привязан к могиле на кладбище. Он жил в моём сердце и всегда был со мной.

Во всяком случае, я на это надеялась. Мне не надо было идти на могилу, чтобы поговорить с ним или обратиться к нему. Но иногда этого тоже хотелось. И сейчас я почувствовала потребность сходить к нему.

Это глупо, наверное, но я, идя к нему, всегда наряжалась и старалась выглядеть красивой, словно он мог видеть меня. Как я и намеревалась, сделала прическу и нацепила красивую заколку. Хотела надеть малиновое пальто, но подумала, что для кладбища всё-таки это чересчур, хотя бунтарь по натуре Марс одобрительно хмыкнул бы.

Но я не он, я вот набралась смелости уехать только к своим двадцати четырем годам. С детства внушали, что самое страшное – это опозорить свой род. Думая об этом, я надела фиолетовое пальто и чёрные сапожки с чёрными перчатками. Шляпку надевать не стала, зачем с прической тогда мутила?

Хотя когда вышла из дома, сильно пожалела – на улице дул сильный ветер. Была мысль даже вызвать автосид, но я ведь собралась завтра-послезавтра уехать из Адуака. Пойду пройдусь, заодно попрощаюсь с родным городом.

Добравшись до кладбища и быстренько проскользнув в склеп Солвеев – всё время неуютно себя чувствовала, подходя к нему, словно боясь что с меня спросят, на каком праве я его посещаю, – я облегчённо выдохнула, на какое-то время я спряталась от ветра. Всё-таки к прогулке он не располагал, голова уже от него гудела, а руки замёрзли даже в перчатках.

Подошла к могиле Марса, погладила надгробие.

– Привет, Марс. Я пришла попрощаться.