Проводник. Нулевая симфония Брукнера

Дедушка, а почему ты не рассказывал, что тоже знаком с Мортисом?

Старший Брукнер вскинул брови:

– Радик, мой малыш, клянусь тебе – я никогда его не видел…

– Это неправда, – спокойно заметил внук, – и не бросайся запросто клятвами. Ты не раз держал его руках после пожара.

– Какого пожара?

– Ты… Ты и правда ничего не помнишь, – с сожалением опустил взгляд Радомир. – Плохо, очень плохо. Глубоко же ты загнал в себя воспоминания. Тот, старый дом горел, и горел по твоей вине…

У Карела закололо под сердцем.

Он ясно слышал, что Радомир перестал говорить, как ребенок. В его интонациях зазвенели нотки взрослого, умудренного опытом человека, и только голос оставался детским. «Боже, – начинал паниковать старший Брукнер, – что же это творится с нашим мальчиком? И о каком пожаре он говорит?»

Карел судорожно посылал запросы в свою память, но она была чиста, как белый лист. Если бы в истории их рода было что-то подобное, то, даже если бы он сам этого не помнил, о таком заметном, важном событии как пожар ему рассказали бы дед или отец.

– … и тогда, – продолжал вещать взрослыми интонациями вдруг переродившийся в кого-то ребенок, – ты решил оторвать Мортиса от старинного камина.

Карел понял, что пропустил что-то важное и переспросил:

– Ты говоришь про тот камин, что завален хламом на чердаке?

Радомир повернулся и смерил деда колючим взглядом:

– Да ты совсем меня не слушаешь, Карел. …Как же силен твой страх. А ведь это он заставил тебя все забыть и свернуть с пути Водивых.

Ты сам вскормил в себе это чудище и продолжаешь держать его при себе, как огромную сторожевую собаку, убивающую всех, кроме кормящего ее хозяина. Что ж, пришло время посмотреть этому зверю в глаза и показать, что не все его боятся.

Ты не переживай, …дедушка, я начну с начала, с меня не убудет. Для пользы дела я готов повторить все это столько раз, сколько потребуется, главное, чтобы ты хоть что-то вспомнил.

Наш старый дом горел, и горел по твоей вине, – повторил Радо.

 – Ты, как и я, и Первуш был рожден Водивым. Среди наших предков лишь отец Первуша – Антонин, не имел этого дара, а вот отец самого Антонина – Бозидар тоже водил за мост.

В те времена за это даже по простому устному доносу могли легко сжечь на костре, поэтому Бозидар много путешествовал. Он добрался до Италии, ходил и во Францию.

В 1798 году французские войска заняли Рим. Папа римский Пий был захвачен. Его заключили в крепость городка Валанс.