Первая Душа Потаенного леса, или Сказка для больших девочек №4

Дриада задумчиво разглядывает творение своих рук.

– Сорин, посмотри, какое зелье я придумала.

Он подходит, обнимает ее за талию и заглядывает через плечо.

– И что в нем такого, примечательного? – он игриво целует ее в шею, щекоча усами.

Дана ежится и хихикает.

– Милый, не смеши, – просит она. – А зелье это очень полезное. Оно очищает кровь. Изгоняет из нее всю заразу. Вот если с тобой что-то случится, я тебя спасу.

Он разворачивает ее лицом к себе.

– Дануся, ну, что со мной может случиться?! – улыбается он.

Любимый прижимает ее покрепче, и она, припав щекой к груди, слушает, как бьется его сердце…

Дана проснулась. Несколько минут она лежала, стараясь выровнять дыхание. Надо взять себя в руки. Сорин мертв, и уже семь веков. Пора смириться. Славно поспала. Но, по крайней мере, теперь она может контролировать свои желания. А тогда было только одно: отправиться вслед за ним. Но Хранительница Равновесия не имеет на это права. Погибнет она, погибнет и мир.

Единственное, что ей оставалось: уйти в свое дерево, уснуть. Забытье притупило ее боль, но не излечило ее. И осталась саднящая рана в душе, а еще ненависть, жгучая ненависть к людям. Но ее тоже можно держать под контролем. И даже лечить одного их них.

Глава 4. Шандор.

Глаза вели себя прилично, открылись по первому приказу. Опять солнце. Интересно, в этом Потаенном Лесу когда-нибудь бывает пасмурно?! Самочувствие нормальное. Настроение прекрасное. Где-то тут должна быть вечно хмурая спасительница.

О, вот и она. Сидит напротив в плетеном кресле. Надо постараться смягчить ее недовольство.

– Здравствуй, Душа Леса, – улыбнулся он.

Девушка не нарушила традицию.

– Поправляйся, Гроссеу, – усмехнулась она, но не встала, как обычно, чтобы отойти к столу.

Шандор рассматривал собеседницу. Сегодня глаза ее отливали всеми оттенками оранжевого турмалина, делая похожей на очаровательную кошечку, притаившуюся в зеленой листве. Смуглая кожа красавицы говорила о том, что она много времени проводит на солнце.

Прекрасное лицо было все так же сурово, руки скрещены на груди. Простое коричневое платье не обтягивало ее, но сомнений в прекрасной фигуре не оставляло.

– Все оценил?! – поморщилась дриада.

Мужчина не смутился.

– Извини, но любоваться на красоту никому не запрещено, – примирительно сказал он.

Дриада скептически фыркнула.

– Ты, похоже, долюбовался, – поджала она губы. – И не только.