Любовь в заказе не значится

тв» Эдуарда Басманского было в самом разгаре, когда среди гостей появился новый и самый перспективный партнер именинника.

Поздоровавшись с некоторыми из гостей, он заказал у бармена коньяк и устало после тяжелого дня стал рассматривать местную сверкающую бриллиантами и винирами публику.

К сожалению, долго наслаждаться одиночеством и покоем не удалось.

– Игорь! – послышался за спиной знакомый, немного сиплый мужской голос. – Варшавский! Все-таки пришел.

– Эд! – гость встал со стула и протянул имениннику руку.

– Я точно нет! – Басманский оглянулся в сторону публики. – Сам не прочь отсюда свалить, но жена… С каждым днем рождения у меня все сильнее впечатление, что она репетирует поминки. Духовой оркестр, бабы, как одна, в черных платьях, икебаны в каждом углу… И вид у всех такой важный, словно не бухать пришли, а провожать в последний путь.

– Ну я однозначно не из похоронной процессии, – Варшавский отсалютовал бокалом и пригубил коньяк.

– Судя по тому, что ты тут один без удавки на шее, я так и понял, – не обращая внимания на ожидающие взгляды за спиной, именинник устроился на стуле рядом и тоже потребовал коньяк. – В море хочу под парус или на необитаемый остров. И чтобы никого рядом.

Варшавский понимающе усмехнулся. Пусть в свои тридцать семь он не знал, что такое семейная жизнь, но сейчас тоже не отказался бы от чего-нибудь подобного. Свалить от всех. Чтобы никакого выедания мозга заказчиками, экстремальной езды по ушам последней любовницей и гребаной бессонницы, которая, кажется, решила его доконать.

– А ты сам чего один? – снова оживился Басманский. – Где твоя Наташка или Ирка… Не помню, как там ее.

– Алина. После совместной недели в Штатах она увлеклась изучением колец. Обручальных, – Варшавский потер глаза. – Пришлось взять тайм-аут.

– Да. Тяжела холостяцкая доля, – с завистливым вздохом протянул именинник.

Варшавского так и подмывало ответить, что некоторые умудряются кутить даже расставшись с холостяцкой жизнью, но взгляд зацепился за скучающую фигуристую брюнетку в алом платье, и вместо пустого трепа он поднес к губам бокал.

– А это что у нас за птица без траура? – то ли Басманский проследил за взглядом партнера, то ли увидел брюнетку сам.

– Твой день рождения, – заметив встречный заинтересованный женский взгляд, Игорь откинулся на спинку стула. – Тебе видней.

– Точно! – Эдуард щелкнул пальцами и поднялся.