Овертайм. Любимая для капитана

– А машины на что? Своей нет, так у нас две клубные неделями простаивают.

Таранов не ответил. Вместо него с галерки подал голос Конев.

– А капитан у нас машину не водит, ему права не дают.

– Не поняла… – Барская нахмурилась.

– Я дальтоник! – ровно и четко ответил сам Таранов. – Такой ответ устраивает?

От неожиданности Настя готова была сквозь землю провалиться. Щеки мгновенно покраснели, а руки вспотели.

– Ясно, – глухо ответила она. – Ладно, не буду Вам мешать. Мне надо поработать.

Никто не проронил ни слова.

* * *

Тренировка перед игрой началась вовремя. Андрей натянул на себя старый, удобный свитер и перчатки. Градский, скорее всего, загоняет их сейчас как бешеных собак, но это было правильно. Вчера по площадке все передвигались, как сонные мухи, и только мордобой получился на «ура».

– Андрюха, забей ты на Коня, – словно прочитав его мысли, сказал Гагарин. – Он у нас парень горячий, вот и ляпает своим языком без контроля.

– В его годы пора бы уже научиться держать язык за зубами, – капитан был непреклонен.

– Так зубы то у него тю-тю, выбиты! – заржал Иван. – Вот и несет парня.

– Там, похоже, одними зубами не обошлось…

– Андрюха, – Гагарин хитро сощурился. – А может не в Коне дело? Ты на девку обиделся?

Таранов резко обернулся к другу. Губы были сжаты в тонкую линию, на скулах играли желваки.

– Ууу… – протянул вратарь. – Так я угадал.

– Иван, будь другом, даже фамилию эту при мне не упоминай. Никогда. Мне и дядюшки ее хватило.

– И как, простите, ты собираешься с ней работать? Вам ведь перед журналистами вместе за все отдуваться. В горе и в радости…

– Долго она здесь не задержится. Помяни мое слово.

– Так ты собираешься выжить ее?

– Больно надо, – Андрей скривился, словно сама мысль о подобном была ему противна. – Сама уйдет: или ляжет под кого из ребят, или опозорится, или еще что. Я не пророк, но хоккей не бабское дело.

– Симпатичный…

– Не заметил, а вот скверный характер прочувствовал. Надо бы узнать, зачем ей это…

– А может, она на самом деле неплохой спец?

– Ваня, я в жизни не поверю в подобную чушь!

О том, как вчера эта «баба» умыла всех журналистов своими познаниями, Иван решил не рассказывать. Если друг хочет верить в свою идею – пусть верит. Лично ему Барская даже понравилась. Было в ней что-то.