Овертайм. Любимая для капитана

«Полчаса, и я буду на месте» – подбадривала себя Настя, выезжая со двора.

Впрочем, не одна она так думала. Пассажиры общественного транспорта, маршрутчики и другие водители, спешили по своим делам ничуть не меньше, но ненастье нахально спутало всем карты. Досадные столкновения, обрывы троллейбусных линий и пробки растянули полчаса на час.

Настя готова была застонать от отчаяния, когда очередная попытка выбраться из одного затора привела к следующему. С горем пополам проехав половину пути, она вырулила на один из проспектов.

Здесь потоку автомобилей ничего не мешало. На радостях хотелось вдавить в пол педаль газа и лететь вперед безоглядно. Она уже почти реализовала задуманное, как на одной из автобусных остановок мелькнуло знакомое хмурое лицо.

– Я никого не видела, я никого не видела… – пробовала уговорить саму себя, но безуспешно. Образ замерзшего, ютящегося в воротник Таранова навязчиво застрял перед глазами.

Списав свои действия на острый, неконтролируемый приступ великодушия, она сдала назад.

* * *

Таранов сразу понял, чья именно машина затормозила у его ног. Подобного он не ожидал. Похоже, судьба сегодня решила подшутить над ним, предложив вместо говорливого таксиста напыщенную дамочку – пресс-секретаря.

Буркнув не то «здрасте», не то «чего стоим», Андрей вполне комфортно поместился на переднем сиденье крошечного авто. Настя сразу же ощутила, как на голову опустился тяжелый, жгучий нимб.

– Андрей, а где ваша чудесная шапочка? – развенчивая образ святой, спросила она.

 – Сегодня не жарко.

Вместо ответа Таранов окинул ее таким взглядом, что Барская чуть не газанула на красный.

– Анастасия Игоревна… – на губах собеседника играла хищная улыбка. – А Вас больше никакие элементы моего гардероба не интересуют? Ну, скажем, белье, нижнее… Могу продемонстрировать.

– Вряд ли ваши портки смогут меня заинтересовать. Или вы ими, как знаменем, перед всеми размахиваете?

– Обычно я размахиваю кое-чем другим, но вам это предлагать не буду.

– Да у вас одни пошлости на уме! – краснея, возмутилась Настя. Ее так и подстегивало остановить машину и избавиться от нахального пассажира.

– Анастасия Игоревна, – Таранов улыбался, как чеширский кот, даже усы, казалось, стали длиннее. – Не знаю, какие пошлости вы там себе нафантазировали, а я имел в виду свою клюшку. Знаете, есть такая штука у хоккеистов?

– Свою клюшку тоже придержите при себе! – ничего более путного на ум, как назло, не приходило.