Рейдер

К часу убытия администрация позволила подать к парадному входу арендованные автомобили, и метрдотель лично вместе с Павловым полчаса проторчал на улице, чтобы засвидетельствовать свое почтение Рогозину.

Спокойный финал израильской поездки оказался полной противоположностью суматошным будням накануне. Даже не верилось, что больше не будет никаких многочасовых переговоров, вездесущего Берга и попоек до утра. Минуты тянулись, машины стояли, но никто не возмущался из-за перегороженного входа, не торопил. Гости беззаботно потягивали свои напитки в баре у пляжа, и плевать им было на три черных Мерседеса.

У барной стойки суетилась мамаша с двумя детьми. Те кричали что-то на иврите и требовательно дергали ее за руки. Рядом с вышкой спасателей, облокотившись о косяк, любовался пейзажем седой жилистый старик.

Какой-то мужик, сидя в мягком шезлонге у самой кромки воды, лениво разрывал пополам листы бумаги и, сминая их в маленькие шарики, бросал в металлическую урну. Смеялись за столиком юные красотки в цветастых сарафанах.

Лилась из динамиков медленная музыка…

Именно тогда впервые за все время в стране обетованной Николай немного расслабился. На миг он даже представил себя одним из этих беззаботных туристов. И пусть фантазировать об отдыхе он не умел, атрофировалось ценное умение за годы без отпуска, но соленый морской запах и плеск волн о берег творили чудеса.

Засмотревшись, Павлов даже чуть не пропустил появление собственного босса. Из-за жары или от усталости всегда шумный и суетливый Рогозин подошел к машине, не проронив ни слова.

Николай уже думал поинтересоваться, все ли в порядке, не нужно ли принять какие-либо меры, но вовремя заметил, куда устремлен взгляд начальственных очей.

Шезлонг. Урна. Мужчина в белоснежной рубашке с закатанными рукавами. Он сам удивился, как не узнал Берга. Без привычной улыбки тот казался совершенно другим человеком, словно кто-то вытянул из него все жизнелюбие. «Призрак» – именно это слово напрашивалось на язык.

Гадать, кто именно сотворил чудо с партнером босса, долго не пришлось.

– Едем, срочно. – Не дожидаясь, когда ему откроют дверь машины, Рогозин сам открыл ее и нырнул в кондиционированный салон. – Никого не ждем. Наше дело закончено. Вперед!

* * *

Настоящее время.

После разговора с Рогозиным Аарон пребывал в прекраснейшем расположении духа. Чего только стоило выражение лица случайного свидетеля их встречи. «Павлов, кажется, один из сторожевых псов».