Телохранитель для невесты

Когда косметики на лице почти не осталось, мистер Люблю глубоко сжалился. Меня как тряпичную куклу вздернули вверх, заставили пройти пять шагов до огромного кожаного дивана и грудью вниз опустили на сиденье. Острыми сосками на холодную кожу.

Несчастные колени вновь оказались на твердом полу, но теперь уже мой рот никого не интересовал.

– Расслабься. Ты слишком зажата.

Твердые пальцы коснулись развилки ног. Размазали влагу по чувствительной плоти. Без всякого предупреждения два сразу на всю длину вошли в меня, а третий стал потирать клитор.

Настойчиво, умело, словно проделывал это миллион раз и знал, как нужно именно для меня.

Сукин сын словно был профессором! Хватило нескольких секунд, чтобы я забыла про унизительный минет, расслабилась и поплыла как нимфоманка. Телу было пофиг на обиды. Внизу живота разгорался пожар. Смазки стало так много, что между ног позорно зачавкало.

Против воли из горла снова начали вырываться предательские стоны.

– Аа… Да…

– Прогни спину, – сзади послышался шелест фольги.

Готовая уже к чему угодно, похотливая, как мартовская кошка, я послушно оттопырила зад. В тот же момент пальцы внутри меня сменились членом. Это было так резко и неожиданно, что я прикусила нижнюю губу до крови. Во рту тут же появился медный привкус. Перед глазами потемнело, а растянутая толстым агрегатом вагина сжалась.

Не знаю, как бы я выдержала толчки. С этой корягой между ног, скорее всего, от боли забыла бы кто такая и зачем здесь нахожусь. Но мой мучитель, видимо, догадался.

Он не сдвинулся ни на миллиметр. Я ощущала ягодицами его напряженное тело. Однако вместо фрикций пальцы снова легли на клитор и принялись круговыми движениями ласкать его, будить во мне ещё большее желание.

Распятая как бабочка на штыре, я не могла даже сдвинуться. Весь мир сузился да ощущений и контрастов: прохладное сиденье дивана под грудью, горячий, подрагивающий от возбуждения член внутри и чуткие подушечки пальцев. Скольжение…

…то едва касаясь, то с нажимом.

…то быстро, то мучительно медленно.

…уходя далеко от головки клитора и возвращаясь, обжигая острым наслаждением.

Как наркоман, получивший дозу, я потерялась в нежности и напоре.

Меня размыло в пену. Накрыло глухим куполом. Я не поняла даже, когда член внутри ожил и начал движение. Но почувствовав первый мощный толчок вместо трусливого «нет», со всхлипом прохрипела: «Да!».

– Еще! Быстрее! – девушка, которая выкрикивала эти слова, не могла иметь ко мне никакого отношения.