Забег на невидимые дистанции

– А очень больно было?

– Больнее, чем когда зуб вырывают у дантиста?

– А гвоздь был ржавый?

– Какого размера он был?

– Много крови потеряла? Ходить больно, наверное?

– Хочешь, мы поможем тебе дойти до класса?

– Ты покажешь свой шрам? Ведь точно остался шрам, да?

– Реально, покажи его! Сними ненадолго обувь, мы просто посмотрим, трогать не будем, обещаю.

Нина не успевала переводить взгляд с одного лица на другое, и все они почему-то казались ей одинаковыми.

– У нас тут благодаря тебе несколько дней уроки отменяли, чтобы познакомить с техникой безопасности и научить оказывать первую помощь.

– Ты крутая, Нина! – выкрикнул кто-то из задних рядов, потеряв надежду пробраться вперед.

– Так что, расскажешь нам теперь сама, как все случилось? В какой момент ты потеряла сознание? Как это было?

– Нам очень интересно, Нина, это правда.

– А твоих родителей оштрафовали за то, что ты проникла на закрытую территорию? – этот голос девочка узнала, явно голос одноклассника, но она не успела понять, кого именно.

– Я слышал, что «Юлитед Индастриз» уже обо всем знают и ликвидируют стройку. Так что ты последняя, кто на ней побывал!

– Ну разве это не круто?

Нине хотелось побежать. Сорваться с места и бежать до самого класса, распихивая и расшвыривая всех, кто попадется на пути, но предстоящая боль в ноге отсекала эту идею, и девочка просто закричала, чтобы прекратить поток вопросов и остановить толпу школьников, которая медленно сгущалась вокруг нее.

Впервые в жизни она начала бояться людей. От ее крика птицы шумно взлетели с деревьев. Девочка отдышалась и ответила:

– Я не хочу. Ничего. Рассказывать.

Припадая на одну ногу, она направилась в сторону своего класса, а прибежавший на крик учитель разогнал остальных по своим урокам. Отто и Ханна сильно опоздали – у их отца на полпути сломалась машина. Увидев Нину, мальчик улыбнулся и занял место рядом с нею, сохраняя таинственное молчание.

К этому моменту ее настроение выровнялось, но раздражение, усиленное непониманием новый темы из-за пропусков, оставалось.

За половину урока одноклассники написали и передали ей порядка десяти записок незаметно от учителя. После третьего послания Нина перестала их разворачивать, после пятого – начала рвать бумажки. В них было одно и то же разными словами, а ей совершенно не хотелось это обсуждать.