Падает снег

И я с этим не спорю. Действительно ничего примечательного. Ни форма губ, ни цвет глаз, ни черты лица – ни по отдельности, ни в совокупности не производят яркого впечатления.

Еще и эта едва уловимая нотка монголоидности в резком овале лица и положении глаз… Будто капля нефти в огромном резервуаре воды: полностью растворится и станет невидима, но пить уже нельзя.

Внешности он не самой привлекательной, это факт. Но всегда, когда я смотрела на него, мне чудилось, что этот человек о чем-то молчит, что-то скрывает.

Это и влекло. Раньше. Все – раньше.

Поэтому вечером я даже не волновалась.

– Не смотри на меня так, – попросила я Таню, снимая бигуди.

– Да я гляжу, ты применяешь тяжелую артиллерию, – хитро сказала подруга. – Не верится, что ты снова делаешь это ради мужчины.

– Я делаю это ради себя.

– Ну, конечно.

– Послушай. Я не ставлю себе цели завоевать его сердце.

– Ну да, зачем ставить перед собой цель, которая уже достигнута?

– О чем ты?

– Ты подумала, что будешь делать, если он и правда в тебя влюбится?

– Не будет такого.

Он взрослый, – улыбнулась я наивности соседки и стала красить растянутые губы.

– Я думаю, что будет. Точнее, уже начинается. И скоро ты поймешь, что не знаешь, что с этим делать. Потому что ты сама его не любишь.

– Верно, не люблю. Я не хочу всего этого.

– Тогда зачем даешь ему надежду? Соглашаешься на свидание? Зачем? Ты хочешь поиграть с ним, как с Птицей?

– Что за допрос? – повернулась я, поправляя длинные каштановые локоны и любуясь собой, несмотря на причитания Тани.

 – Во-первых, никому никакой надежды я не даю. Об отношениях пока даже речи не велось. Нам приятно быть рядом – все. Во-вторых, никто моего соглашения не спрашивал, меня просто поставили перед фактом. В-третьих, поступать с Андреевым так, как с Птицей, мне не позволит совесть. Не хочу я с ним спать и использовать не смогу, даже если это реально потребуется моему организму. А чего ты вообще так завелась? Глаз на него положила?

– Ничего я не положила, у меня Вадим есть, – обиженно ответила Таня.

 – Просто не хочу, чтобы моя лучшая подруга становилась…

– Договаривай.

– Стервой. Стервой из-за того, что с ней когда-то плохо обошлись.

– Не хочешь, чтобы я стала пользоваться мужчинами как одноразовыми перчатками?

– Да. Не хочу. Ты не такая. И не стоит тебе…

– Я и не буду, – прервала я ее. – Возможно, если бы меня использовали и кинули, я бы такой и стала.