Дорога домой

Лекарство уже действовало, но было всё равно больно. Развязать шнурки самостоятельно она не могла и потому лежала корпусом на кровати опустив ноги на пол. Мать хлопотала, искала какую-то мазь, а отец присел рядом с кроватью, чтобы снять с дочери ботинки и сетовал на то, что Айно себя не бережет.

Айно поняла, что ей снова придётся лежать. Чтобы боль ушла полностью потребуется как минимум несколько дней.

– Может возьмёшь больничный? – спросила её мама. Айно подумала, что наверное придётся, потому что работать в таком состоянии она точно не сможет.

– Да… – только и ответила она.

– Так давай мы тебя отвезём в поликлинику? Ты голодная?

– Угу. Я бы перекусила.

– Ну и хорошо, сейчас покушаешь и съездим.

– Спасибо, – с благодарностью посмотрела на мать Айно.

День заканчивался в каком-то сумбуре. После поликлиники от машины к дому Айно ковыляла в полусогнутом состоянии. Согнуться она кое как могла, а вот принять нормальное человеческое вертикальное положение нет.

Айно ненавидела болеть.

И выходные она тоже не любила. Заставить её пойти в отпуск было практически невозможно. К тому же на заводе давали компенсацию, так что она привыкла работать практически постоянно. Ей казалось, что так можно побыстрее убить время, да, то самое время, которое люди, обычно очень ценят.

Даже находясь в креветочной позе на кровати, девушка не могла перестать думать о том, звонке. Она уже готова была согласиться, лишь бы только не терять ту ниточку, которая могла привести её туда, куда она хотела больше всего на свете.

«Конечно, вряд ли я одна попала сюда отбывать свой срок помня все свои жизни, но…да, я так надеялась встретить кого то, и вот теперь…немного не по себе от всего этого», – думала она, лёжа в постели и глядя в монитор ноутбука и не видя того, что на нём происходит. Мысли её бродили, цепляясь за смутные ощущения, тонкие и невесомые. Казалось постараешься уцепиться за них, и они рассыпятся. Воспоминания о том месте где она впервые увидела свет тревожили её разум яркими красками и тёплыми образами близких.

В погоне за прошлым она увязала внутри собственной памяти, а её веки постепенно наливались тяжестью, пока она, наконец то, не погрузилась в тяжелый, тревожный сон.

Глава 2.

Промозглый ветер шумел, запутываясь в ветвях деревьев. Неотвратимо надвигались сумерки. В темнеющем лесу показался движущийся в сторону опушки, силуэт. Силуэт был крупным и двигался достаточно медленно.