Там, за запретной дверью… Книга 1. Кольцо вечности

– Отойди, – хмыкнул Иоанн и занял место строптивого брата у двери.

Он так же приложил ладонь к замочной скважине, но использовал свою рабочую, то есть левую руку, повернул ее пальцами вверх… Раздался тихий щелчок, и дверь немного приоткрылась.

– Ура! У тебя получилось! – захлопала в ладоши малышка. – Пошли скорее! Интересно, что там?

– Ну, пошли, – решительно сказал Ио и широко распахнул дверь.

Дети застыли в дверном проеме, широко раскрыв глаза и рты, в немом изумлении глядя на человека, стоящего у крыльца.

Этого мужчину знал каждый ребенок, каждый подросток и, наверное, даже большинство взрослых. Это был Бальтазар из фильма «Ученик Чародея»…

Глава 3

Мужчина смотрел на троицу тем же самым темным, печальным и немного усталым и отстраненным взглядом, который они помнили по фильму. Кто это? Не может же здесь неожиданно оказаться известный голливудский актер! Честно говоря, после всего, что дети сегодня увидели, можно было ожидать и самого ученика великого Мерлина.

– Ио, Константин и Мария? – то ли спросил, то ли констатировал таинственный знакомый незнакомец. – Ангел Рейны сообщила мне, что она в беде. Вы позволите мне войти?

Дети посторонились, пропуская его в дом, но войти он так и не смог – Маша не дала.

– Ты тот самый волшебник Бальтазар? Я тебя обожаю! – закричала малышка, обхватывая мужчину ручонками.

– Ну-ну, юная леди, возьмите в руки свое самообладание, а не меня, – немного недовольно проговорил мужчина.

 – Я не люблю детей. И я не Бальтазар из какого-то вашего кино. Мы с Рейной пришли к выводу, что я – прототип того главного героя. Меня зовут Гарат, и я в самом деле ученик Мерлина.

– Того самого? Настоящего Мерлина? – завизжала Маша от восторга.

– Смотря, какой смысл ты вкладываешь в слово «настоящий», – загадочно отозвался чародей и, не оглядываясь, пошел по лестнице.

– Вы куда? – догадался спросить Иоанн.

– В комнату вашей тети…

Видимо, Гарат не первый раз был в доме, так как дорогу в комнату Регины не спрашивал.

Ни слова больше не говоря, дети, словно под гипнозом пошли следом за ни.

Гарат сразу же подошел к зашторенному зеркалу и раздвинул занавески. Он сделал несколько сложных пассов руками, пробормотал несколько непонятных слов, после чего зеркало подернулось дымкой. И вот на его поверхности стали проступать выжженные буквы. Было похоже, что два человека переписывались, но не на бумаге, а на зеркале.