Наследник славы. Часть 3

Каждый про себя гадает – кто из них Наследник. Тут вперед делает шаг Стерр Квойл, которого ни Шуке, ни Роман сразу даже не признали. Он исхудал и постарел. Некогда ухоженная и щегольски расчесанная специальными гребешками шерсть топорщится клочьями. Очевидно работа на шахтах не делает сквирга моложе. Стерр Квойл бросается вперед, совсем по земному обнимает Шуке, затем Сума Басса. После чего в нерешительности вертит головой. Шуке смеется и показывает ладонью на преобразившегося Романа, проясняя ситуацию. Стерр горячо обнимает и его.

Спрашивает, прилетели ли Зэнь-Ди и Савелий Михайлович. Тут из невидимых динамиков раздается смех Зои:

– Здесь мы, здесь. Даже не надейся, что нас нет.

Все присутствующие облегченно смеются. Стерр Квойл, словно опомнившись, отступает на шаг и представляет своим спутникам Шуке. Шуке со всеми по очереди здоровается. Каждый из осчастливленных знакомством с «Наследником» вскидывает вверх руки с двумя оттопыренными пальцами.

После того, как восторги первых эмоций улеглись, Стерр Квойл предлагает всем надеть скафандры и отправиться во внутренние помещения базы – там все приготовлено для торжественной встречи.

Да там и просторнее.

***

За устроенным застольем ведутся разговоры. Успевший привести себя в порядок Стерр Квойл сообщает, обращаясь больше к Наследнику, чем к его спутникам, что на Зар-Тенарре готовится переворот. У них имеется связь с Подпольем в метрополии, и они координируют с ним свои действия. Даже если бы Шуке не прилетел сегодня, восстание на Зар-Тенарре все равно началось бы со дня на день, настолько напряженная и критическая сложилась там обстановка.

Стало известно, что кто-то из Подполья оказался провокатором и правительство готовит аресты участников организации. Приходилось действовать на упреждение. Но пока Стер Квойл, один из признанных лидеров Подполья и готовящегося восстания, решил не сообщать в метрополию о скором прибытии Наследника.

Роман выспрашивает у Стерр Квойла – не рассматриваются ли заговорщиками другие формы правления, кроме монархической.

– Какие, например? – строго, как на предполагаемого ренегата, смотрит на него сквирг.

Другие за столом так же удивлены. Даже поражены. Роман, как может, пытается рассказать структуру демократического правления, предполагающего избрание главы государства и отдельных его регионов либо всем населением, либо его избранниками. Все качают головами, презрительно складывая трубочкой тонкие губы.