Обмелевшие реки

С дочуркой их, смешливой Феклушой. С другими родственниками. Попариться в баньке, поесть домашнего, переночевать по-человечески, на кровати.

Да нет. Пожалуй, сразу домой. Соскучился. Да и до дома совсем недалеко. С сестрой успеет свидится завтра-послезавтра. Молодой человек уже предвкушает, как старики обрадуются. Как не будут знать, куда посадить его. Как мать, слушая его рассказы, будет всплескивать руками, а отец станет ворчать, пеняя на неосторожность и излишнюю беспечность сына. Скорее всего, сейчас и внучка Феклушка у них.

Он и ей, своей любимице, гостинцев припас.

Свернувшийся в носу лодки калачиком пёс блаженствует, не подозревая о душевных терзаниях хозяина. Когда еще можно вот так, не утруждая лап своих, предаваться безделью. Время, проводимое в челноке – его любимое время.

Еще полчаса и челнок, покинув беспокойное короткое колыхание открытой воды, мягко врезается в гладь залива. Вон он – родной дом. В груди поневоле теплеет. Как, оказывается, он соскучился. По родным. По этому старому дому.

По острову – бескрайнему царству его детства. Пара десятков гребков и легкая берестяная скорлупка прилипает к деревянным мосткам.

006

Странно. Никто не бежит навстречу. Мать не выскакивает обрадовано из дому, вытирая тряпицей на ходу руки. Отец не хромает на поврежденной прошлой зимой ноге, помогая разгрузить лодку. Да и белобрысой племянницы, скорее всего, нет. Уж она-то точно бы его издали приметила. Глаз как у сокола. Может ушли на один из своих огородов? Верно.

Скорее всего, так оно и есть. Никита улыбается своим мыслям. Передохнет малость, да разыщет их. Рыжий след быстро возьмет. То-то обрадуются. Они и не ждут его раньше конца лета.

Рыжий, едва челнок касается причала, одним скачком перемахивает борт и скрывается за бугром, удивленный местным безразличием не меньше хозяина. Такой встречи он никак не предполагал. Вытащив немногочисленные пожитки и пару свернутых тугими рулонами шкур на берег и привязав нос челнока к столбику, Никита поднимается вверх по небольшому откосу.

Уже на подходе к дому, бросив случайно взгляд в сторону крошечного кладбища у опушки, Никита замечает свежий земляной холмик, который обнюхивал пес. Тело обдает холодным потом. Груз выпадает из рук. Кто!? Он бросается вперед. Коричневый глинистый холмик еще не покрылся травой. Не потерял приданной ему формы под действием дождей и ветров. Деревянный крест не начал еще тускнеть.

Кто? На кресте никаких надписей.