Обмелевшие реки

– Мы уж через три дня приехали, а его нет. И по-всякому думали. Весь остров обошли. Нет его нигде. Думали, надеялись, может на охоту куда уплыл. Побродит малость, успокоится, да вернетси. Потом еще два раза приплывали. А его всё нет да нет.

– Ладно, – вздыхает Никита, – А куда он уйти мог, не думали?

Супруги переглядываются:

– По-всякому кумекали. Да что мы – весь скит гадал. Чо токо не предполагали. Да всё ерунда кака-то получатся.

– Ну а ты как сама думаешь?

Сестра расстроено пожимает плечами.

Если бы Никита знал, как она себя казнит. Саня тоже расстроено молчит.

– А может решил вернутся в тот свой мир, – предполагает Никита, кивая куда-то назад, – Из которого он пришел? С детства помню, как отец не раз рассказывал о том мире, где жил прежде как попасть в наши места.

– Не, не, – решительно мотает головой Саня, – Ты же помнишь, он завсегда при том говаривал, что никогда не был там счастлив и, ни за что не хотел бы возвращаться туда. Не думаю, что сейчас он посчитал иначе.

– Да, да, – соглашается Никита, – Да и кто там его может ждать теперь? Но куда же тогда он мог пойти? Вспомните. Может словом каким обмолвился невзначай. Какой намек был.

Вдруг Алёна вздергивает голову:

– Слушайте! Я, кажется, знаю. Мне вот что только в голову пришло…

– Что? – оба молодых человека с интересом оборачиваются к ней.

– Помните, как мама… – при слове «мама» голос молодой женщины вздрагивает, – как мама говорила, что отец когда то был влюблен в ту дикарку.

Ну ты помнишь… – обращается она к брату.

– Ты говоришь о Сакум Аине-Ойе?

– Ну да. – гордо вздернула головой Алёнка, – Вроде так она называла её.

– Ну-у, не знаю… – с сомнением тянет Никита, – Когда это было-то.

– Ты же с отцом не раз и не два ходил к ней, – ревниво выдала молодая женщина, – Только вдвоем и ходили. Когда мать жива была еще.

– Ты что!? С ума сошла? О чём говоришь-то? – понял плохо скрытый упрёк сестры молодой человек, – Да и не к ней одной мы ходили.

К лесовикам. Там их много живет. Отец любил мать. Ни разу он не дал мне усомниться в том. Скорее Аине-Ойе была влюблена в отца. Но и она сама тогда была уже замужем.

– Тогда? – подхватила Алёнка, – А теперь?

– Ну, – нехотя признался Никита, – несколько лет назад муж её умер.

– Вот-вот, – настаивала на своем собеседница, – Отец теперь один. У Сокум той, ты сам говоришь, муж умер. Почему им и не встретиться, не возобновить старую дружбу.