Декабристы. Перезагрузка. Книга первая

– Дурни вы, вот вы кто! Неужели до сих пор не поняли, что я противник любого вида рабства!

Оба ирландца с интересом уставились на меня.

– Но только это между нами, в России об этом никому ни слова, ни пол слова. За такие крамольные мысли могут быть неприятности на ровном месте. Ясно?

– Да, мистер! – Ник.

– Ясно, мистер! Мы могила! – Стах.

– А теперь давайте на русском с вами поговорим, – сказал я со вздохом, – пока плывём в этой зловонной бочке, прозванной отчего-то кораблём, время у нас есть.

Что будет потом – неизвестно!

После занятий, оставшись наедине со своими мыслями я в который уже раз во время этого плавания предался размышлениям. Планируемое мной участие в декабрьском восстании было для меня не только эмоциональным порывом, но и тщательно взвешенным решением. Вопрос Декабрьского восстания, благодаря своему смартфону, я успел не плохо изучить со всех сторон. Тему декабристов, пожалуй, как никакую другую, окружают множество мифов. Одни видят в восстании декабристов романтическую историю.

Благородные аристократы, проникшиеся идеями Просвещения и пройдя по Европе в победоносном походе, решили отказаться от собственных сословных привилегий. Революционеры второй половины XIX века объявляли декабристов своими непосредственными предшественниками и даже учителями.

Достаточно спорным является представление о декабристах как об «узком круге». Разумеется, по сравнению с массовыми партиями XX века они были небольшой группой, но для своего времени и «Союз благоденствия», и «Союз спасения» были достаточно серьезными, даже передовыми политическими организациями по понятиям своего времени.

Материалы официального следствия дают нам картину весьма впечатляющего заговора, отнюдь не ограничившегося узким кругом петербургских «злоумышленников». За рамками следствия остались тысячи симпатизирующих, которые, не будучи готовы непосредственно лично участвовать в заговорах, не сомненно примкнули бы к восставшим в случае их победы.

Представление об обреченности декабрьского восстания, о его «преждевременности», о том, что оно было затеяно людьми, обогнавшими свою эпоху, на первый взгляд подтверждалось общей картиной реакции, воцарившейся в стране после краха движения. Но попытка декабристов изменить Россию вовсе не была беспочвенной авантюрой. Более того, их затея была своевременна и закономерна.

Тайные общества начинают возникать сразу по окончании наполеоновских войн.