Тринадцать странных рассказов. Сборник фантастики

Более того, до колледжа мне пришлось добираться самому. Отец чаще всего подвозил меня, но сегодня был не этот день. Со вчерашнего дня мы перемолвились лишь парой фраз, а потом он сослался на занятость – его работа в недавнее время требовала все больше сил и отдачи.

По дороге до учебы я старался думать о той самой контрольной, но в голову лезли мысли вовсе не об этом. Так что выходя из вагона наземного метро я чуть не повернул обратно. Странно, позже я задумывался об этом, но так и не пришел к единому мнению.

В наш современный век многое остается недоказанным, многое остается в виде теории, а что-то и вовсе лишь на уровне чувств и ощущений.

Было ли это тем, что невозможно объяснить и придать точной характеристике? Было ли это тем, что можно назвать предчувствием? Но, так или иначе, в колледже я уже не появился.

На то время одним из главных органов, ведущих охрану общественного порядка и борющихся с преступностью, были полицейские отделения. Но существовало еще одно подразделение. О нем знали, но говорили весьма неохотно, и отношение большинства общества к нему было лишь одно – «никак не взаимодействовать».

Это подразделение и занималось делами, связанными как раз с теми самыми подростками и их способностями.

Особое полицейское отделение, а в обществе просто «Отделение-18» – к сожалению, я заметил их достаточно поздно. Да и что говорить – все произошло слишком быстро, ведь что мог сделать напуганный девятнадцатилетний парень против нескольких человек того отделения?

Спустя годы я снова и снова воспроизводил в своей памяти этот день, этот момент.

Страх – вот что я чувствовал тогда. Страх – вот что я чувствовал еще долгое время.

Но что такое это чувство и почему он возникает в нас?

Достаточно вспомнить уроки из совсем раннего детства – мы не боимся опасности, пока сами и не научимся, что это может причинить боль. Именно те самые уроки на собственном опыте и рождают в нас первые ощущения страха. Я думаю, что страх как раз и основан на боли. Ударят ли тебя по лицу или в самую душу – не важно, ведь ты будешь бояться…

В тот же день меня привели в один из многочисленных кабинетов какого-то высотного здания.

Я пытался сопротивляться, задавал много вопросов, но это было все равно, что биться об стену – мои сопротивления ту же секунду подавлялись еще большей силой, мои слова оставались без ответа. Я пытался держаться спокойно, лишь теперь уже следуя указкам приставленного ко мне полицейского, но мое сердце бешено отстукивало свой ритм.