Рубеж апокалипсиса. Часть 3. Исход

– Ой, да такие, как вы, вечно в случае необходимости включаете свои восточные хитрости, – лицо женщины оставалось совершенно каменным. – Начинаете лить слащавые речи, как патоку, а на самом деле каждое слово пропитано скрытым ядом. Со мной эти льстивые подкаты не проходят, тем более что мой старик такое никогда в жизни не сказал бы.

– Мы с вашим мужем много общались, Людмила Сергеевна. По-моему, он всегда говорил только правду, – опирающиеся на трость пальцы подрагивали от напряжения, однако Темир старался не показывать своего состояния.

 – К тому же он говорил, что Горох слишком стар для хозяйства и толку сейчас от него почти никакого.

– Толку, может, и нет, но и хлопот практически никаких, – женщина продолжала стоять на своем. – Чистой воды у нас достаточно, а ест он немного. Сена у нас вдоволь, а пока я его вывожу вон на ту поляну, – хозяйка махнула рукой в направлении небольшой долины, где, несмотря на позднюю осень, до сих пор виднелись обширные островки зелени, – он там спокойно пасется вместе с нашими коровами и никаких проблем не доставляет.

– Я понял вас, Людмила Сергеевна, – Темир покачнулся и судорожно ухватился за плечо стоящего рядом мальчика. – Пойдем, Илюша, доберемся как-нибудь по-другому.

– Э… Тимур или как там тебя… – женщина сделала пару шагов за пределы своего участка. – А что это за пацанчик с тобой славянской внешности? Ты, часом, не украл его ни у кого?

– Его зовут дядя Темир, а не Тимур, – Илья резко развернулся и сбросил с себя тяжелый рюкзак. – Во время этой… этого… в общем, у меня погибли абсолютно все.

Сестра, папа, мама… А до этого дядя Темир лечил мою шею, может, если бы не он, то я бы тоже… Он очень хороший и добрый. Сейчас мы идем к нему домой, потому что он предложил жить вместе с его семьей. Мне больше идти некуда. И мы дойдем! Добрых людей больше: кто-нибудь нам все равно поможет, – пряча от всех свои влажные глаза, мальчик вновь взялся за свою тяжелую ношу и принялся взваливать ее на спину.

– Эй, джигит, постой-ка… – после короткого раздумья женщина подошла к Илюше и остановила его.

 – Возможно, мой старик вовсе и не выжил из ума, – с этими словами хозяйка развернула мальчика на сто восемьдесят градусов и приглашающим жестом указала незваным гостям в сторону распахнутой настежь калитки.

Слова расстроенного ребенка произвели на женщину сильное впечатление: в ней как будто сработал какой-то скрытый переключатель, мгновенно и радикально изменивший отношение к ситуации и людям, ее вызвавшим.