Подаренная ему. На грани

– Вы должны позавтракать, а после отправитесь в медицинский центр для обследования, – Айла расправила длинными тонкими пальцами подол своего платья цвета зеленого яблока.

– Зачем это еще? – настороженно спросила я, чувствуя тяжелое напряжение в каждой своей мышце.

– Таково распоряжение дяди.

– Дяди? – переспросила я. – Он… Он твой дядя?

– Не родной, конечно, – девочка улыбнулась, и я заметила на ее щеках две очаровательные ямочки. – У меня кроме бабули никого из родни не осталось. Мама умерла, когда меня родила.

А папа спился и… Не знаю, где он теперь. Вот с бабулей. Бабуля здесь работает и меня сюда забрала. Я тут с трёх лет живу. А дядя разрешил называть его дядей.

Я помассировала двумя пальцами переносицу, пытаясь уместить в голове новую информацию.

– А у вас и впрямь волосы, будто из огня сделаны, – вдруг заявила Айла, когда ее бабушка расставила на столике тарелки с завтраком. – Можно потрогать?

Девочка с живым детским интересом рассматривала меня. Такое ощущение, будто моя внешность была для нее какой-то диковинкой.

Это меня даже на секунду удивило.

– Эм… Да, конечно, – я пропустила между пальцев свои кудрявые волосы.

Девочка подошла и осторожно, словно боясь обжечься, потрогала пряди. Я внимательно наблюдала то за ней, то за ее бабушкой. Айла мне почему-то понравилась. Она располагала к себе. Думаю, пройдет еще немного времени, и девочка обязательно вырастит в красивую хорошую девушку.

– Кушайте, – Айла отошла назад и жестом указала на завтрак.

 – Специально для вас приготовлено.

Долунай схватила внучку за руку и, кажется, хотела увести ее прочь, но девочка обратилась к ней на своем языке. Женщина лишь отрицательно качнула головой и увела Айлу прочь.

Завтрак выглядел великолепно, но я выпила лишь немного воды. Новость о том, что меня собрались вести в какой-то медицинский центр, обрадовала и одновременно вынудила разозлиться. Моя радость была вызвана надеждой на то, что я смогу убедиться в том, что со мной всё в порядке.

А злость была продиктована поведением Амирхана. Хочет знать обо мне всё, вплоть до того, все ли зубы у меня на месте? Тогда, почему, когда он грубо взял меня, то не озаботился ни о моем здоровье, ни о своем? А вдруг я бы оказалась заразной? Или до такой степени крышу ему снесло, что захотел поскорей добраться к сути дела?

Мысли об этом человеке вызвали во мне острый приступ ненависти и омерзения. Голыми руками меня не взять.