Дрянь

Он внимательно осмотрел гостьей своими круглыми (как на этикетке детского пюре) голубыми глазами и вернулся к игре, быстро потеряв к ним интерес.

Хозяев Мироновы нашли на заднем дворе по певучему многоголосому гулу. Там был выставлен длиннющий стол с деревянными лавками по обе стороны. Вокруг шибутились, сновали туда-сюда и громко переговаривались незнакомые люди, среди которых без труда находились виденные мельком на улице или магазине лица.

– О, наконец-то, – всплеснула руками Полина. – А я уж думала Ваню за вами посылать.

Заблудились, ему говорю, надо было их на машине довезти, – от Павловского дома до Полининого самым медленным шагом не дольше пяти минут ходу. – Машин в хозяйстве как кур, а девушки из Полянска на такси ехали.

Зять Полины и директор глуховской средней школы, столь же пухлый и голубоглазый как ребенок в песочнице, виновато покраснел.

– Уж простите, что не встретил, – вырывая торт и одновременно усаживая маму на лавку, извинился он. – Я действительно ждал вас несколько позже.

Недоразумение, знаете ли.

Испытывая неловкость за его смущение, Инна Михайловна попыталась встать:

– Это я, скорее всего, ошиблась, простите…

– Думал он! – возмутилась Полина, насильно возвращая маму на место. – Сидите, отдыхайте, – и вновь обернулась к зятю. – А людям из-за тебя в такой дождь пришлось самим до нас добираться! Думал он. Недоразумение это ты, Иван Юрьевич!

Директора спас шум падающей посуды и раздавшийся сразу же вслед за ним крик:

– Ва-а-ня! Где же ты? Помо-гиии… Все, все пропало!

Иван, попутно извиняясь, трусцой, во время которой его животик колыхался, как водяной матрац, побежал в избу.

Дом был поострен еще до войны. Но по мере роста семейства он, как дерево грибами обрастал нелепыми постройками всевозможных размеров. Последняя, еще недоделанная, и вовсе напоминала большой улей с заплатками. Кроме Полины и ее мужа Евгения, которых так все и звали: Полина да Евгений, в доме жили две их дочери – пятнадцатилетняя Анна и двадцатипятилетняя Мария, а так же муж Марии Иван Юрьевич (директор глуховской средней школы) и полуторогодовалый Паша.

И в обычные дни большое семейство с трудом вмещалось в этот абсурдно слепленный, тесный дом. Но когда приходили гости (обычно вся деревня за исключением малолетних детей и древних стариков), столы и вовсе приходилось выставлять на улицу.

Алиса с мамой оказались в числе припоздавших.