Сто первый мир

 – Он кажется таким потерянным”.

После того как вчера Саша описала в дневнике произошедшее на отработке, ей начало казаться, что с Димой их связывает гораздо большее, чем просто учеба в одном вузе.

“Может быть, мы оба аутсайдеры?” – промелькнуло у Саши.

Она очнулась от стука. Это Надя Лёвина тарабанила в балконную дверь, приглашая обратно в комнату. Лицо у нее при этом было донельзя взволнованное, а на руках лежал какой-то сверток.

– Нашла его, малыша, на лестнице, – Надежда развернула тряпки, в котором копошился, наверное, самый уродливый в мире котенок.

– Кто-то подбросил? – спросила Саша, возвращаясь в душную комнату, наполненную запахами шести пар носков и одеколона Влада. – А что ты делала на лестнице?

Впрочем, на последний вопрос красноречиво отвечал запах сигарет.

– Надя, фу-у, – замахала руками Саша.

– Да ладно тебе! Смотри какой! – Надя жалостливо погладила котенка по мокрой и спутанной шерстке. – Возьмешь себе?

– Нет! Куда я его возьму? – Саша отошла подальше, словно найденыш был бомбой с часовым механизмом.

– Саш, ну пропадет! – Даша, натянув свитер, пришла на помощь Наде. – Ты единственная из нас, кто живет в своей квартире! Нам нельзя животных, хозяин убьет!

– Ну я же не одна живу! А у бабушки! – начала было отмахиваться Саша, но Лёвина уже совала ей сверток с этим невыносимо пахнущим мокрой шерстью котом.

– Это кто хоть? – спросил Славка. – Мальчик, девочка?

– Не знаю, – оттопырив хвост истошно орущему котенку, сказала Надя.

– А это что? Разве не яйца? – заметил Слава.

– Мне кажется, это колтуны шерсти, – сказала Даша.

– А по-моему, это все-таки мальчик. Посмотри, какие лапы большие.

Котенок тем временем изо всех своих крошечных сил пытался воспрепятствовать осмотру. Предчувствуя исцарапанную кожу и зацепы на толстовке, Саша поспешно спрятала его от глаз любопытствующих.

– Ладно, хватит вам, – сказала она, – Возьму я это чудо.

Словно услышав ее слова, котенок успокоился, свернулся в комочек и задремал прямо у Саши на руках. Девушка тем временем с болезненным любопытством рассматривала его: слезящиеся широко посаженные глаза, короткие и будто бы смятые уши, серо-буро-малиновую шерсть, волнующуюся от нашествия блох – так себе подарочек для бабушки.