Компот из сладкой лжи

Им лишь бы мужика захомутать.

Наде хотелось сказать, что Ржевский не такой. Что по общагам он не ходит, и чужие бабы ему не нужны… Могла бы так сказать еще три дня назад, но сейчас промолчала.

– Но ваш не такой… – словно прочитала ее мысли соседка. – Видела его вчера. С цветами. Праздник у вас? Годовщина или день рождения?

Надя открыла рот да так и замерла, ошеломленная ее словами.

– Не хотите, не говорите. Понимаю, дело личное. Мой тоже букеты носит. Редко, правда.

– Вы вчера видели Павла? – пораженно спросила Надя.

 – Где? Когда?

– Ну… я за кефиром для мелкого встала. Он когда проголодается, такой ор поднимает! Они с его папашей мне вообще спать не дают! Тот вечно в компьютерные игры ночь напролет играется, что дитя малое. А сейчас на больничном вообще с компом не расстается. Скорее бы уже этот гипс сняли. Все бока отлежал!

– Во сколько вы его видели? – повторила свой вопрос Надя.

– Кого? А, вашего-то? Не помню точно… Стемнело уже. Мы на втором этаже живем.

И окна во двор выходят. Ладно, нам пора. До свидания!

– До свидания… – пробормотала Надя.

Когда соседка скрылась в подъезде, зазвонил телефон. Увидев незнакомый номер, Надя перехватила аппарат и случайно включила громкую связь.

– Надежда Николаевна Чарушина? – раздался официальный голос. С вами говорит следователь прокуратуры…

– Да, я вся во внимании! – Прижав трубку к уху, быстрым шагом Надя зашагала к дому. В подъезде она остановилась у почтовых ящиков и проверила содержимое, но кроме рекламы и счета за газ, ничего не нашла.

 – Я сейчас на встрече с клиентом. Освобожусь через полчаса, минут сорок. Ржевский? А что случилось? Нет, не видела несколько дней. Нет, не знаю. Не в курсе. Да, подъеду, конечно.

Забегая в лифт, она на ходу достала ключи от квартиры, чтобы не тратить драгоценное время и с ужасом представляя все то, что ее ждет благодаря Ржевскому…

7

Глазам не верила она,

Следы искала на паркете.

Судьба ее предрешена.

Ответы кроются в букете…

Толкнув входную дверь, Надя встала на пороге и прислушалась к тишине, царившей в квартире. Затем медленно вошла внутрь и позвала:

– Ржевский, ты здесь?

Конечно, странно было думать, что он сейчас выскочит из-под кровати, под которую даже не смог бы протиснуться, но Чарушина на всякий случай заглянула под нее, изучив пыльное пространство. В стенном шкафу тоже не было ничего примечательного.