Тупик для Дамы Пик

Грудь и живот сдавило, шея и плечи оказались под неудобным углом. Раздался тихий стон. Дина замерла, но тут же поняла, что стонет не она, а кто-то другой. В висках отчаянно пульсировало, мешая трезво оценивать ситуацию. К тому же, из-за неудобной позы и тяжести, она стала задыхаться. Чужой стон повторился.

«Господи, я же здесь не одна!» – осознала наконец, вспомнив, что произошло за несколько мгновений до… Дину бросило сначала в жар, а затем словно в ледяную купель. В ноздри ударил запах мужского парфюма, от которого ее слегка замутило.

Парень снова застонал, обдав ее щеку горячим дыханием. Тикало не в голове, а на его руке, которая сейчас свисала вдоль ее лица. Тикали часы – долбанные часы этого трижды долбанного придурка! Она часто задышала, стараясь справиться с вновь охватившим гневом – слишком много эмоций для одного засранца.

Что-то зашуршало и осыпалось совсем рядом, заставив ее вновь испытать приступ леденящей паники. Страшно было не только двинуться, но даже открыть глаза. Она прислушалась сначала к внутренним ощущениям – кажется, ничего не болело.

Возможно, радоваться было рано, ведь известны случаи, когда люди продолжали идти на сломанных ногах, или, руководясь инстинктами, отгрызали зажатые в тисках руки, чтобы выбраться на свободу… Осторожно пошевелив пальцами рук и ног, Дина с облегчением поняла, что это не ее случай, и лишать себя конечностей не придется. Тяжесть, которую она испытывала, была ничем иным, как наглым типом, от которого несло словно от взорвавшейся парфюмерной фабрики.

Дина оттянула голову парня за волосы на затылке, чтобы избавиться от опасной и неприятной близости. Пальцы погрузились во что-то теплое и липкое. Сознание тут же подсказало: кровь. Работая в больнице, моментально начинаешь распознавать такие вещи.

Дина замерла. Неужели это она ударила его? Господи, да ведь у нее и в руках-то ничего не было… И все же, от этой мысли Дина ощутила приятное мстительное покалывание.

Она легонько потрясла парня за плечи:

– Эй, – позвала она, – ты живой?

Парень не отвечал, а странная тишина вокруг была слишком… странной.

Где люди?

Страх и ужас тут же обрушились на нее с неимоверной силой, дыхание сбилось. Кожа на теле горела, и когда Дина дотронулась до нее, то почувствовала болезненное раздражение, словно ее нервы оголились. Кое-как она стала выкручиваться из-под парня, и наконец поменялась с ним местами – теперь уже он полулежал в кресле, неестественно задрав голову и приоткрыв рот.