Гимнастка и Искатель. Цирковая история

Смывай с себя географию и удачи тебе, – про тушь она не сказала ничего, и я снова почувствовала, как сильно люблю ее… Правда, я не совсем поняла, при чем тут география, но разве это так важно?

Я стою за кулисами и сердце уже начало паниковать. С тринадцати лет, год за годом, день за днем, я стою тут с каменным лицом и сжатыми кулаками – ничего не меняется. Но сегодня напал какой-то особый «столбняк», как будто все чувства атрофировались и только одна, несуществующая частичка тела, имя которой «д у ш а» ноет и плачет отчего-то.

Я бы и не заметила объявления своего выхода, если бы Сюзи не толкнула меня. Мои бедные ватные ноги, как же вы добредете до сцены?!

Очень светло. Гримерка такая темная, а на сцене светло.… В углу стоит Артем, наш холодный красавец, которого не узнать в этом фиолетовом кудрявом парике с этим отвратительным красным носом. Если бы я не знала его с самого детства, никогда бы не поверила, что у него может быть такой тонкий голос и острое чувство юмора.

Вот только глаза у него оставались такими же холодными. Он улыбнулся, и мне стало легче.

Осталось добрести до родных качелей, которые, как только я сяду, тут же взмоют в воздух под мою любимую музыку. Я не знаю, что будет дальше: тело помнит, а я – нет.

Села. Я – молодец. Вчера я тоже села. И позавчера. И вчера, и позавчера я также оглядывала зрителей и чувствовала то же накипающее раздражение и недоумение, видя детей, жующих попкорн, влюбленные парочки, занятые собой и недовольных бабуль, которые взирают строго, заранее готовясь скривить губы.

Но ни вчера, ни позавчера я не видела его.

Глава 2. Искатель

Я иду. Не очень оригинальное занятие, но иногда мне кажется, что это лучшее, что я могу, да и вообще мастерски умею. Какая-то неведомая сила не позволяет мне сидеть на месте, побеждает все доводы разума, природную лень и всякие там обстоятельства, и несет куда-то дальше.

Куда, я не всегда знаю, да и не так уж это важно. Мне определенно нравится приходить, а чтобы куда-нибудь прийти, нужно, как минимум, откуда-нибудь уйти. И я ухожу, очень качественно ухожу, так качественно, что никогда не возвращаюсь. Возвращаться мне, кстати, совсем не по душе.

Отец мой – простой деревенский кузнец – не совсем разделял мои убеждения.