Плохая мать

– А что это в бутылке у нас? – спросила жена. В холодильник она заглядывала редко.

– Молоко Гошино, – ответил Александр Маркович.

– Что-то оно пахнет как грудное…

– Оно и есть грудное.

– Как это? Откуда?

– Покупаю на молочной кухне.

– Что значит – покупаю? Там его что, в пакетах продают, как коровье? Ты в своем уме?

– Мусичка, что ты разнервничалась так? Что такого?

– Как что такого? Женщины – не дойные коровы. Это ненормально! И потом – ты хоть знаешь, что эта женщина ела, что пила? Ты меня за таблетку анальгина чуть не убил, а у незнакомой тетки покупаешь… Бред какой-то.

У нас же не Средневековье… Грудным молоком торгуют… С ума все посходили… Скоро детьми торговать начнут и вынашивать на продажу…

– В конце концов, вспомни историю. Были же раньше кормилицы… и молочные братья. – Александр Маркович искренне не понимал, что так возмутило жену. Она иногда поражала его своим восприятием событий. Так, супружескую измену не считала таким уж большим грехом, зато предательство коллеги в рабочем вопросе не прощала.

Или могла целоваться с кем угодно, зато пить из чужой чашки не стала бы, даже если бы умирала от жажды.

– А врач что сказал? – спросила она.

– Он полностью поддержал. Понимаешь, Мусичка, в материнском молоке содержатся такие компоненты, которые наука еще не научилась воссоздавать… Они уникальны…

– Извини, но для меня это немыслимо. Он нашел кормилицу… Это же чужое…

Не будь Александр Маркович так занят сыном, он бы заметил, что жена после этого конфликта стала все больше отдаляться от него.

Они почти не разговаривали, да и виделись мало. Не заметил Александр Маркович и того, что во время редкой интимной близости жена брезгливо морщится и едва сдерживает отвращение. Как будто он ее заставил выпить чужое грудное молоко.

Не заметил он и начала бурного романа жены с коллегой-тенором, его не менее бурного развития, очнувшись только от факта, что жена подала на развод.

– Развод? – удивился Александр Маркович, всегда пугавшийся не столько жизненных перемен, сколько бюрократических процедур, с этим связанных.

 – Зачем? Это обязательно?

Жена вздохнула.

– Мусичка, а это не может подождать некоторое время? Сейчас ну совсем не кстати – у Гоши зубки режутся. Он плачет. Ты живи как тебе нравится, а потом с бумагами разберемся. А?

– Неужели тебя только это волнует? – спросила жена.

– А что? – не понял Александр Маркович.

– Ты понял, что я тебе сказала? Я с тобой развожусь. Все. Ухожу. К другому.