Тетя Ася, дядя Вахо и одна свадьба

Тетя Ася, дядя Вахо и одна свадьба

Маша Трауб

Здесь кофе бывает трех видов – сладкий, средний и несладкий. Здесь жених не догадывается, что приехал на собственную свадьбу. Здесь нельзя предсказывать погоду и строить планы даже на ближайшие пять минут. И здесь есть всё, кроме чужих людей и одиночества. Это роман о дружбе и верности, терпении и прощении, радости и горе, о времени и судьбе.

Маша Трауб

Тетя Ася, дядя Вахо и одна свадьба

Памяти Светланы Григорьевны Канкелиди

– Цель поездки? – спросил пограничник.

– Туризм, – ответила Нина.

Пограничник если и удивился, то виду не показал. Шлепнул отметку и пожелал ей счастливого пути.

Нина ехала домой, в город, где родилась и выросла. Город, в котором не была с тех пор, как похоронила маму. Давно, очень давно, но кажется, только вчера уезжала «насовсем» во второй раз, обещая себе, что больше никогда не вернется. Все. Мамы больше нет. Пуповина оборвалась, и связи никакой нет. Не к кому ехать.

Она хорошо помнила, как уезжала в первый раз, сразу после школы, – в Москву поступать в университет.

Мама плакала, соседки плакали, весь двор вышел ее провожать. Нина злилась и хотела побыстрее отлепиться и от матери, и от соседок, которые передавали ее с груди на грудь, прижимали, поливали слезами и разве что волосы на себе не рвали в знак скорби. Скорее уехать в другой город, в другую жизнь. Как же здесь все надоело! Каждый день – такой же, как предыдущий. Ничего не меняется. Опять соседки, опять вопросы, ни встать ни сесть без их ведома. Нине хотелось свободы и взрослой самостоятельной жизни.

– Нина-а-а! Подумай! Заклинаю тебя! Что ты делаешь? Что ты делаешь? Смотри, тетя Ася плачет! Зачем ты делаешь так, что тетя Ася плачет! – причитала мама. И тут же без перехода, на том же вдохе: – А ты билет не забыла-а-а? Надо было картонкой чемодан обмотать, как говорил дядя Рафик! Почему его не послуша-а-ась? Дядя Рафик плохого не скаже-е-ет!

Мама тянула гласные. Как будто пела песню.

Соседки подвывали на последних слогах, складывая многоголосие. Ровное, мелодичное, чистое. У Нины разболелась голова от этого «а-а-а-а», «э-э-э-э», «о-о-о-о». Как они так могут – плачут, как будто поют?

Здесь же стояла и тетя Лиана – ее первая и последняя учительница музыки. Нину привели к ней в семь лет, в большой, красивый дом в центре города. Нужно было покрутить звонок, который отзывался мелодичным звоном, и сильно толкнуть дверь.