Турист

Этот тип – я не знаю ни его имя, ни его национальность, – возможно, находится здесь с самыми худшими намерениями.

– Ты не сказал мне ничего полезного, – упрекнул его собеседник.

– Назначь мне цену, – пожав плечами, ответил Самбо.

– Только по Венеции или по всей провинции? – осведомился Нелло.

Это была верная мысль. Большинство туристов селились не в самом городе, а в его окрестностях, где жилье для гостей было дешевле и предлагалось в таком изобилии, что его можно было снять даже за несколько дней до приезда.

Но именно этот Турист должен был иметь безопасное убежище где-то не очень далеко.

– Он крыса: никогда не уходит далеко от норы, – ответил Пьетро на полицейском жаргоне.

– Если он живет на съемной квартире с ночлегом и завтраком, у нас нет способа его обнаружить: ты знаешь, сколько их сдают незаконно, – заметил Каприольо.

Он был прав. Сеть хитрых квартирных хозяев, которые не сообщали сведения о своих жильцах, уже давно не давала покоя силам правопорядка.

Эти ловкачи рекламировали себя и устанавливали контакты только через Интернет и таким образом уходили от налогов.

– Проверь тех, кто зарегистрирован. Об остальных подумаем, если это будет нужно. Надеюсь, этого не случится.

Нелло задумчиво кивнул, потом произнес:

– Я не могу запросить с тебя меньше чем три тысячи.

– Хорошо, – согласился Пьетро и добавил: – Половину я могу дать тебе сейчас.

– А откуда ты их возьмешь? Все знают, что ты положил зубы на полку.

– У меня есть немного сбережений.

– Чепуха! Ты работаешь на кого-то, и мне было бы приятно узнать на кого.

Самбо пристально посмотрел на него и спросил:

– Разве это так важно? Ты ничем не рискуешь.

– Я мог бы запросить больше, верно? – усмехнулся Нелло.

– Да.

Каприольо вздохнул и сказал:

– Иди помочиться и оставь конверт за бачком в уборной.

Пьетро допил остаток вина, поднялся со стула и спросил:

– Сколько времени тебе нужно?

– Увидимся здесь через два дня, – ответил Нелло, тоже вставая из-за стола.

Самбо остановился, чтобы посмотреть на мост Риальто. Когда-то, на вершине своей карьеры, он часто приходил на Большой канал и стоял, прислонившись к парапету, возвышавшемуся над водой. Тогда он думал, что необходим Венеции как защитник своих земляков и что Венеция должна быть признательна ему за этот труд. Он не понимал, что его город не уважает даже себя.

Мимо него медленно проплыл катер с вокзала.