Трудно быть Ангелом. Книга Вторая. Роман-трилогия

И ты нам больше не брат! Говори же, Иуда, говори при иконах прямо сейчас!

– И побожись! Святым крестом…

– Нет! Нет!

– Говори, иначе побьём!

– А-ха-ха!

Постник смеялся, хлопал глазами, кричал! Пытался вновь вырваться, но двое крепко держали его. И тогда Юродивый громко сказал в ухо Постнику:

– Говори, бесовская тварь! Говори – Господи Боже Иисусе Христе, это не я сотворил милость и деньги нищим раздал, а два верных брата, Поэт и Юродивый. Говори – Господи Боже, в зачёт им милость вмени, а я, Постник, себе эти деньги возьму.

– А-а-а! – кричал Постник.

– И пусть Сам Господь Саваоф решит, что делать с тобой, с Иудой и шакалом – погубить тебя прямо здесь и при нас или отпустить тебя, Иудушку, на все стороны вон. Повторяй, Постник, что я сказал! И как Бог решит, так тому и быть. Давай, начинай! Говори, Иуда – я…

Поэт, Постник и Юродивый стояли перед иконостасом на коленях. У Постника задёргался подбородок, он вдруг заплакал и истово прощения просил у друзей, каялся сильно.

Плакал Постник, но Юродивый с Поэтом требовали, чтобы Постник перед иконами говорил. А Постник заикался и в испуге рыдал. Юродивый молчал. Поэт тихо сказал Постнику:

– Не перед нами, перед Богом покайся.

– Молись и кайся.

– Не могу!

– Не кается?

И тут Поэт решил:

– Юродивый, брат, а выкинем его из храма к чертям! Как дерьмо вонючее, выбросим вон с его соплями и с бесами!

– Да, выкинем! И больше он не монах и не наш брат!

– Пусть идёт в магазин и жрёт свою колбасу! К чертям его выкинем!

Друзья потащили Постника за руки и за ноги из храма за двери подальше, на мороз, но на улице тот вырвался и пополз обратно в храм.

Поэт с Юродивым отпихнули Постника от двери храма ногами, но он вдруг вскочил и со страшным криком стремительно кинулся мимо них в храм, вбежал, запутался в рясе, споткнулся и упал у амвона. Хотел Постник встать и крест целовать, уже нагнулся над аналоем, как вдруг страшно пошатнулся назад, упал на спину и начал отчаянно кататься по полу:

– А-а-а!

Постник вертелся, перекатывался по полу, орал матом! Друзья бросились к нему.

Поэт сунул в рот Постнику свою перчатку как кляп:

– Не кричи! Замолчи!

А Юродивый сильными ручищами сдерживал Постника:

– Бесы в нём! Бесы!

Постник дёргался на полу, как бес на сковородке. Выплюнул перчатку, хохотал и матерился на весь храм бесноватый! Юродивый крепко держал его за ноги, не отпускал.