Трудно быть Ангелом. Роман-трилогия

Только в классической опере герои прекрасно умирают под великую музыку на все времена. Мэри сочувственно подпевала героиням Верди, Моцарта, Пуччини, Бизе и Чайковского… Но раздавался очередной миллионный звонок по телефону – звонила мама, подруги или сестра, и они весело, долго болтали на итальянском:

– Никки, я счастлива! Он любит меня!

– Откуда ты знаешь?

– Поэт целует меня с утра, днём и на ночь целует, а уж во время секса не сосчитать. Он очень страстный!

– Он богатый?

– Нет, такой же, как я.

– Что? Мэри, ты сошла с ума? Ты достойна лучшего! Там страшно жить!

– Никки, он абсолютно прекрасен, я чувствую – он очень крутой, он своей харизмой круче рок-звезд, секс-символа Голливуда, любой поп звезды и умнее любого спортсмена, но я ему это не говорю. Никки, он гений, и он прославит меня! Я буду любимой и очень богатой! Ах! Мы гуляли по ночной Москве! Я в его рубашке спала! Поэт очень сильный, красивый, упрямый, сочиняет стихи и с хулиганами сильно дерётся – всё, как я люблю! О-Мамма-мия, мою голову сносит! Я впервые так влюблена!

Мама позвонила:

– Мэри, мой Бриллиант! Что я узнала от Никки? Ты в глухой провинции! У тебя бурный роман? Э-э, с небогатым молодым человеком.

Извини, пожалуйста, меня, но должна напомнить тебе, что я твой поручитель, и пока не погасишь кредиты, ты не должна выходить замуж и пока не должна рожать. А иначе банк нас разденет высокими ставками.

– Мама, я взрослая девочка и знаю, как рождаются дети, и сама могу погасить кредит.

– Я очень люблю тебя, Мэри.

– Я тоже тебя.

– Никки говорит, он очень хорош собой. Так ли это?

– Да, так оно и есть. И, пожалуйста, не забудь, моя милая мамочка, you are my pr- manager.

– О-о, конечно, не волнуйся! Я буду со всеми говорить только о бизнесе! Доченька, я тебя обожаю, и ты моя умница. Но твоя бабушка очень сильно волнуется, она думает, что у тебя роман с губернатором или с молодым генералом, не расстраивай бабушку.

А-ха-ха! И она просила тебя помнить о хороших манерах.

– Я позвоню бабушке.

Через полтора часа такси подъезжало к дому и сигналило. Гиви называл сумму своей пассажирке, и тогда Мэри заканчивала слушать классическую музыку или говорить с младшей сестрой Никой или с мамой и благодарно кивала Гиви-таксисту.