Трудно быть Ангелом. Роман-трилогия

Капризные и великие художники слушались красавицу Мэри с первого слова и, как овцы, шли за ней, куда укажет она. Иногда картины целый месяц не продавались и висели в галереях без ценников, но наступал момент, и покупатели валом шли и требовали к себе обязательно Мэри. (И Мэри тогда летела на другой конец света, покупатели торговались с ней – ругались, мирились – но всегда покупали картину). Ура! И Мэри, счастливая, возвращалась к Поэту в Тарусу.

Поэт принёс ведро с цветами и поставил с ней рядом на стол, внимательно и заинтересованно на неё посмотрел.

Мэри улыбалась, докуривала сигарету, сделала глоток вина из бокала и, поймав его удивлённый взгляд, сказала:

– Пока у меня есть кофе, вино и две сигареты – я могу выдержать бред любого художника или продюсера, (она затушила сигарету). Они сделают так, как я захочу. Беспрекословно, вот так!

– Я удивлён – ты говоришь одновременно на четырёх языках.

– А-да-а, у меня детский билингвизм.

– Что за болезнь?

– Я с детства думаю на двух языках – итальянском и русском. И сны мне снятся в Италии на итальянском, а в России на русском. Ты что, забыл? Я итальянка. А ещё я свободно говорю на английском и на немецком, на французском чуть хуже. Но главное – это моя красота, драгоценности, вино и сигарета в руках. А-ха-ха! Они смотрят на меня и забывают, из-за чего истерику начали.

Обожаю художников-гениев! Хи-хи. А ты знаешь? Внутри я до сих пор ещё в Италии, и всё это вокруг кажется временным. Ах, у меня есть история, мама-дорогая, я тебе потом расскажу. А ты о чём думаешь?

– О нашем романе.

– О-о-у, прекрасно.

– Прекрасно? Я разрешаю тебе курить в ванной комнате! Там вытяжка есть.

– А на подоконнике? У раскрытого окна?

– Договорились.

– Спасибо, мой милый.

Поэт вышел, вернулся, взял Мери на руки и отнёс в ванну.

Там уже была расстелена простынь, и Поэт аккуратно положил Мэри в сухую ванну на простынь:

– Кури здесь.

– А-ха-ха! «Милый мой, не дари мне цветы полевые, ты в цветы меня положи».

– Угу.

Поэт вернулся в ванну с цветами, серьёзно отрывал бутоны и лепестки и осыпал ими Мэри. Закрыв глаза, она была счастлива:

– Я люблю тебя! О Боже – я счастлива, это фантастика.