Трудно быть Ангелом. Роман-трилогия

Дядя Миша подозрительно счастливо жмурился и улыбался на солнце: «Жизнь удалась!»

А через секунду крепкая калитка с грохотом реактивного самолёта разнеслась на большие куски и крупные щепки – бык с забором на боку пробил её, словно стекло! Взрыв получился очень мощный, щепки долетели до дяди Миши. От ужаса я бросился бежать в сторону и со страха перепрыгнул через высокий забор к соседу дяде Вите – директору школы. В это время раненный бык во дворе методично разносил все постройки вокруг на куски и свежие доски.

У дяди Миши стакан выпал из рук! От страха он схватил бутылку и отчаянно, смело и долго пил из горла самогон! А бычина, словно ужаленный асфальтоукладчик, радостно крушил всё вокруг! Новый штакетник, два парника и сарайчик, две лавочки, беседка, мангал и качели, сложенные мною дрова и тележки – всё летало кругом!

В это время сосед дядя Витя (директор школы и отец моей Насти) после усердной прополки огорода решил сходить в туалет. Туалет на участке у него был эксклюзивным: большим, щитовым, с электричеством.

Свет, приёмник, громкая музыка и вентилятор включались одновременно. Это чтобы не было слышно, как директор школы культурно отдыхает у себя в туалете и справляет нужду. Довольный, дядя Витя тщательно вымыл руки и зашёл в туалет, включил свет и гордо оглядел заведение (вентиляция и громкая музыка – бравурный марш из приёмника). Он снял штанишки, сел на унитаз, взял в руки свежую прессу (почитать на досуге) и начал пыжиться. Директора мучил запор. Тут я прибежал и спрятался за туалет дяди Вити. Мне хорошо было слышно музыку, но через секунду послышался жуткий топот копыт, и когда дядя Витя сильно пукнул – мгновенно произошёл взрыв! Это огромный бычина с забором уже на спине со всего маха оглушительно врезался в туалет дяди Вити, разнёс и разорвал его вдрызг, и бросился далее меня догонять. Взрыв от удара быка был такой мощный, что крыша и стены туалета разлетелись далеко в разные стороны. Испуганный дядя Витя, контуженный и весь в опилках, но с газетой в руках, бледный, как изваяние, тихо сидел на унитазе, всем открытый посреди своего огорода. Из него лилось, как из ведра, а вокруг под бравурную музыку кругами носился за мной огромный бычина с забором, копытами полол огород и крушил всё вокруг. Изумлённый Дядя Витя вцепился в спасительную газету, исходил поносом, громко икал и прятался от быка за свежей прессой на унитазе.