Академия Хозяйственной Магии

Больно мне нужна эта глупая деревенская академия! Сейчас вон кучера нанятой папой кареты перекуплю и в столицу отправлюсь, разгонять тоску! И плевать, что неделя пути!

В этот самый момент в окно влетел большой серый гусь, в котором я безошибочно узнала Густавсона. Папа души в нем не чаял и часто использовал для доставления важных донесений. Жуль и Густавсон друг друга недолюбливали, поэтому на появление гуся мой енотик отреагировал негативно и в грациозном прыжке попытался поймать птичку за лапу.

Густав, увернувшись от Жуля, истошно заорал на весь ректорат, после чего уронил Пантилеймону Ортодеусу прямо на голову увесистый пакет и был таков.

Тот не растерялся, пакет открыл – а там оказалась совсем тоненькая папочка, а которой был всего один, ну, максимум два листочка. Пантилеймон пробежал их глазами, смерил меня взглядом, который не предвещал ничего хорошего, и скомандовал:

– Стоять, студентка Аштон!

Ах, уже студентка?

– Да вот сейчас прямо, бегу и падаю! – прищурилась я.

Фил Шепард со страдальческим видом закатил глаза и покачал головой, как бы говоря всем своим видом: «Да что ещё можно ждать от этой оторвы?». Ох, и придушила бы я этого подлеца голыми руками!

– Позволь кое-что прояснить, деточка, – препротивным тоном начал ректор. – Я не твой папа, и поблажек тебе делать не намерен! Только что, как ты видела, пришли документы и подписанный договор, а это значит, отныне ты полноправная студентка Академии Хозяйственной Магии. Просто так уйти отсюда не можешь, договор скреплён магическими печатями, взломать которые ты не в силах.

Так что добро пожаловать! Эй, Генадзь, кликни-ка Митрофана! – без всякого перехода закончил Пантилеймон, склонившись к рогу буйвола, который на большой подставке стоял у него на столе.

Митрофанушка явился буквально через минуту, как будто стоял за дверью, только и ожидая ректорского приглашения. Это был лысый мужчина в комбинезоне очень сочного оттенка зеленого, расшитом более тёмными по тону узорами и в черной косоворотке.

Несмотря на жизнерадостный цвет комбеза, вид вышеозначенный дядечка имел довольно-таки суровый и смерил Шепарда, а затем меня таким взглядом, будто собирался уличить в шпионаже, разбое, массовом поджоге деревень, заговоре против короны и ещё бог знает в чём.

– Это куратор вашей группы А-1, – со значением пояснил Пантилеймон Ортодеус. – Для вас он царь и бог, слушаться его нужно беспрекословно…

– Погодите! – воскликнула я.