Дом для непрощённых

– Не знал, что ты тащишься с этой детсадовской фигни!

Ага, а энергетики, которыми они в данный момент затариваются, видимо, напиток настоящих мужчин.

– Люблю мармелад, что ж поделать, – с ухмылкой кивнул я, хотя не догадаться, что я покупаю червяков для Михана, не смог бы только даун.

– Кирюшка для меня! – некстати вставил Мишутка.

– Это братец твой, что ли? – вклинился в разговор его величество Шпиготский.

– Да, это мой брат, – чуть громче, чем надо было, произнёс я.

Злость уже начала закипать во мне.

Диман может смеяться над чем угодно, но если он посмеет тронуть моего брата, я за себя не ручаюсь.

А этот гад, как ни в чём не бывало, наклонился к Мишутке:

– Ну и как, хороший Кирюшечка братик? – просюсюкал он.

Не поняв издёвки, Мишка восторженно ответил:

– Самый лучший! У мамы завтра день рождения, а Киря ей купил большущий букет цветов! Он сам на них заработал, когда объявления расклеивал. Я ему, правда, помог, но совсем чуть-чуть!

– Ух ты! Медников у нас, оказывается, расклейщик объявлений! – радости этого козла не было границ.

– Ты нарываешься, Шпиготский! – заметил я, изо всех сил стараясь сдержать клокочущую внутри ярость.

– А Кирюшка не хочет в подарок маме помыть за неё полы в школе? – поинтересовался у Мишки Шпиготский.

Брат озадаченно замолк. Кажется, он начал понимать, что человек, разговаривающий с ним, не совсем добрый. Вернее, совсем не добрый.

– Ещё раз упомянешь всуе кого-то из членов моей семьи, Шпиготский, убью, – буднично сообщил я.

Мне удалось обуздать свою злость. Я не могу разбираться с этим гадёнышем при Мишке.

Диман чувствовал себя в окружении друзей абсолютно безопасно, поэтому ответил очень борзо:

– Я буду упоминать кого хочу, когда хочу и с кем хочу. И не тебе мне указывать, босота подзаборная!

Они расплатились за свои энергетики и наконец-то свалили. Последнее слово осталось за Шпиготским.

– Молодой человек, не задерживайте кассу!

Спохватившись, я полез за бумажником, но тут обнаружил, что все руки у меня в крови.

Я даже не заметил, что очень сильно сжал розы, и шипы прокололи газету, вонзившись в мои пальцы.

Повезло хотя бы в том, что домой мы всё-таки пришли раньше матери, и я успел пихнуть розы на шкаф, прикрыв их коробками из-под «Лего». Стебли, чтобы не завяли, опустил в тазик с водой.

В общем, это была сложная конструкция, но риска практически никакого: до завтра мать вряд ли затеет уборку, а Мишаня умеет хранить секреты.