Дом для непрощённых

Вы не с какими-то дядями его отпускаете. Мы полиция, как– никак.

– Ничего мы с ним не сделаем, – добавил второй, мистер Кудрявая Шевелюра. -заполним необходимые документы и отпустим. Отделение наше на улице Дружбы, это буквально в двух шагах. Добежит уж ваш Кирилл до дома.

– Как будешь дома, позвони Ольге Алексеевне! – велела мне директриса на прощанье.

Щас! Ещё этой крысе я не звонил!

– Вы так над ним хлопочете, как будто мы его съедим, – проворчал рыжий, надевая фуражку.

В общем-то, они были ничего. Обычные полицейские, выполняющие свою работу.

Уж лучше с ними, чем слушать вопли Шпиготской. Диманова мать даже с нами поехать порывалась, чтобы заявление на меня накатать. Слава богу, медноволосый сказал, что её присутствие пока не требуется, и с ней свяжутся. Надеюсь, надолго они меня не задержат. Я должен попасть домой как можно раньше, чтобы объясниться с матерью.

Машину они припарковали в тупике за школой. Новенький "фольксваген" по самое не хочу был заляпан грязью. Даже цвет тяжело разобрать -то ли белый, то ли серебристый.

Скорее всего – последнее.

На мгновение меня посетило что-то вроде флэшбека, странная судорога свела пальцы и в мозгу загорелась алая лампочка.

«Не садись в эту машину, не садись», – зашептал девичий голос, и я вспомнил свой ночной кошмар.

Правда, кошмар, который случился со мной днём, был всё-таки покруче.

Прикидывая диспозицию, быстренько оглянулся по сторонам.

"Фолькс" припаркован в тупике – это плохо. Две глухие стенки и забор… Забор – это хорошо.

Перемахнуть через него – и я на территории родной школы. За углом разгружается у столовки "Газель" с продуктами. Раз, два – я уже на кухне. Пробежать мимо изумлённо– рассерженных поварих труда не составит. А потом – пара секунд, и я на выходе. Там уже всё – считай, ушёл.

–запустили– с вы, однако, автомобиль, Гармоген Галактионович, – услышал внезапно, и обалдело огляделся по сторонам.

Видимо, я так увлёкся обдумыванием плана побега, что не заметил, как сел в машину, и как мы тронулись.

Ну да, оно и к лучшему – если бы я сбежал от ментов, было хуже во сто крат. Мне теперь вообще нельзя с ними отношения портить.

– Машину мыть не надо, Агафон Аристархович, – произнёс рыжий мягче мягкого. – Люблю, когда грязно.

Гармоген Галактионович, Агафон Аристархович…

Стопе.

И вовсе они не в полицейской форме, а в каких-то допотопных шмотках. У рыжего на голове котелок, как у Эркюля Пуаро, только у того в фильме новенький был, а у рыжего – потёртый.