Хочу твою невинность

К счастью, сам того не зная, ей на помощь пришел Чад, уловивший только одно слово – «миллионы»:

– А что, папа, твой брат правда миллионер?

– Да пес его знает! Но похоже на то, – мрачно проговорил Азриэль, открывая банку пива, заботливо принесённую женой. – С той поры, как он свалил из нашего городишки, я его не видел. После выпуска он уехал пытать счастья в столицу и, черт побери, у этого ублюдка получилось! Через пару лет я прочитал о нем в каком-то глянцевом журнале – он стал известным продюсером… Поди имеет этих сладких цыпочек, которые мечтают стать звездами, направо и налево! Как всегда в шоколаде, чертов мерзавец!

– Продюсером? – тут уж Аврора, в семейном кругу старающаяся привлекать к себе как можно меньше внимания, не выдержала, как ни приказывала себе молчать – уж слишком сложно было поверить в сказанное приемным отцом.

– Да, детка, – Азриэль посмотрел на нее слегка осоловелыми глазами и сделал Бригите знак открыть ему еще пива. – Что, уже размечталась, что мой золотой младший братик сделает тебя известной певицей?

– Нет… Конечно, нет! – Рори благоразумно отвела взгляд.

 – Просто странно, почему вы с ним не общаетесь…

– Вот именно! – неожиданно поддержал Чад. – Пусть этот богатей поделится денежками с нами! Ему одному, поди, такого богатства много!

Это восклицание вызвало в отце семейства целую бурю эмоций. Азриэль Франсон, слава богу, отвлекшись от Рори, брызгая слюной, принялся кричать о честном трудовом хлебе простого рабочего человека, о том, что он никогда в своей жизни не будет лизать богатенькому зарвавшемуся братцу ботинки и все в подобном духе.

Тут-то молчаливо убирающая со стола Бригита Франсон и нанесла мужу ответный удар, причем обращалась она исключительно к Чаду:

– После того, как мы увидели Гэбриела в какой-то передаче и поняли, что он действительно не бедствует, твой папа позвонил ему с просьбой немного помочь… материально. На тот момент мы как никогда нуждались в помощи – нам как раз не хватало на новый телевизор! Но он лишь посмеялся над нашей нуждой… Пришлось занимать – иначе бы чудесный Самсунг достался этим противным Арвидам!

– Проклятый Гэбриел! – приемный отец стукнул ладонью по столу, и пустая алюминиевая банка из– под пива подскочила, а потом упала под стол.

 – Ладно бы, еще соврал, что сам сейчас на мели или еще что-нибудь! А это прямо так и сказал – что деньги у него есть, и большие, черт его раздери, деньги – такие, что мне и не снились.