Опасная красота. Поцелуи Иуды

Сон, сон, сон, какой-то страшный сон… В единочасье моя жизнь круто изменилась, я была потеряна, раздавлена и я не знала, что делать дальше.

Итан. Мой любимый Итан…

Какая же жестокая ирония судьбы – я должна выкрасть дело из личного сейфа мужчины, которому хотела признаться в любви. Должна буду обмануть его… Кем я себя после этого буду чувствовать? Как буду жить дальше?

Из сумки торчал краешек катонной упаковки, и я вытащила коробочку с колготками, которые мне дала Фелиция. «Моншелье» – очень дорогая марка.

Они были невесомыми, шелковистыми и очень тоненькими, как паутинка, сплетенная волшебным паучком. И резинка очень мягкая, эластичная… С «Любавой» не сравнится, конечно. Я не могла себе позволить такую красоту… И теперь вряд ли когда-то смогу…

На ковре блеснул фиолетовым прямоугольник визитки – кажется, она выпала вместе с колготками, а я и не заметила. Я хотела поднять, но одернула руку, как от ядовитой змеи, боясь даже разглядывать, что там было написано и изображено.

Ногой затолкала визитку под кровать и легла, поджав коленки.

Я не пойду на это. Ни за что и никогда. Я солгу, украду, убью, но я никогда в жизни не буду продавать свое тело за деньги!

ГЛАВА 4

Превышающий полномочия

Раздираемая отчаяньем и плохими думами, я ворочалась всю ночь, и смогла уснуть лишь после того, как в одной ночной рубашке выбралась на крышу, и постояла на холоде, хоть как-то приведя в порядок свои разрозненные, неутешительные мысли.

Было странно, если бы я при всем этом на следующее утро не проспала! Переведя отчаянно трезвонящий будильник на десять минут вперед, позже я осознала, что сделала это только в своей голове.

Разбудила меня бабушка, которая тихонько заглянув в мою комнату, негромко позвала:

– Моня, никак у тебя выходной сегодня?

– Что? – я с трудом продрала глаза на будильник, и в панике завопила. – Святые небеса, конечно, нет!

Опоздала я сильно, на целых полтора часа, чего ни разу не случалось за все время моей работы в полицейском отделении.

На бегу поздоровалась с Эймсом – охранником на вахте, с которым мы приятельствовали. Но, не успев добраться до своего любимого архива, была тут же отловлена Алоизией, которая сообщила, что я уже полчаса как должна стенографировать важный допрос. А, ну и еще, что недовольный Шенк и офицер, который этот самый допрос проводят, ждут меня с восьми утра и, скорее всего, комиссар из зарплаты за опоздание вычтет.