Перкаль. Флер страсти

Нет, нет, я просто не перенесу, если этот грек совершит надо мной насилие!

Димитрос деланно красивым жестом на камеру расстегнул рубаху, обнажив поросшую седыми волосами грудь, и направился ко мне. На ходу он стащил и брюки, и мой взгляд уперся в его эрегированный член, которым он с гордостью помахивал, выставляя его на всеобщее обозрение и наслаждаясь моим ужасом.

Это просто кошмар какой-то.

Мало того, что половой орган грека был просто огроменным, как у племенного жеребца, так он ещё зачем-то вделал в свой член три шипа из медицинской стали.

Острые кусочки металла, поблёскивая, опасно торчали сквозь его разбухшую плоть.

Святые из трущоб, да он просто-напросто порвёт меня своим членом-страшилищем! Противный, старый, потный, да к тому же ещё на всю голову извращенец!

Не станет нормальный человек вытворять с собой то, что сделал этот грек.

Уж лучше Гай-убийца, Гай-предатель, чем этот мразотный Демитрос!

Ненавижу себя за такую мысль, зато она правдива.

Гай, где ты Гай?

Далеко.

Ты обязательно найдёшь меня, но будет уже поздно.

В отчаянии я бросилась к выходу, понимая, насколько безнадёжна эта попытка.

Прочорос отлип от камеры и поймал меня за край юбки. Мятно-зелёная ткань треснула, грек отбросил оторвавшийся подол и схватил меня за талию.

Я брыкалась, царапалась, рвалась, кусалась, за что и получила от Прочороса по уху, взвыла, и затихла, оглушенная болью.

– Русская сучка, ты сделаешь это видео по-настоящему горячим, – восхищённо воскликнул грек.

 – Можешь сопротивляться сильнее? Давай-давай, покажи класс!

Он швырнул меня на диван и снова вернулся к камере. Голый Демитрос со своим отвратительным шипастым членом навис надо мной, раздвинул коленом мои судорожно сведённые ноги и принялся слюняво целовать мне шею.

От него пахло чесноком, острым перцем и дешевыми сигаретами.

Все, это неизбежно. Сейчас он вгонит в меня свой член, сделает мне больно, унизит, втопчет в грязь. Как же я ненавижу сволочей, которые насилуют женщин!

А эти ещё и снимают, собираясь продавать видео!

Запрокинув голову, я увидела объектив камеры, которая крупным планом снимала происходящее… и встретилась со взглядом Прочороса.

В нем было столько упоения, сладострастного удовольствия и предвкушения, что был у меня в ту минуту пистолет, я стреляла ему в голову до тех пор, пока она бы не превратилась в кровавое месиво.

Грек улыбнулся до ушей и сунул камеру мне прямо в лицо.