Прерыватель. Игра в прятки

– Нет, – сказал я, поскольку, как и предполагал, мои вопросы всё равно останутся без ответов.

– В таком случае, – подытожил адвокат, – я провожу вас. Показывать больше нечего.

– А Александра Григорьевича мы так и не увидим? – спросил Илья.

– Сегодня он не в усадьбе. Дела, знаете ли, дела. Вызвали в министерство. Но я, если нужно, могу ему что-нибудь передать.

– Да нет. Ничего не нужно.

– Кстати, – встрепенулся Николай, – часы с руки одного из мальчиков я отправил со своими людьми в ЦУАБ. Пусть ваш настройщик всё хорошенько проверит, чтобы ни на кого из нас не падало лишних подозрений.

Имена детей вот здесь, – адвокат протянул компакт-диск. – Со всеми о них данными: характер, особенные способности, странички из соцсетей. Надеюсь, это сможет как-то помочь.

Илья забрал диск.

Мы снова проследовали через коридор к выходу и через пять минут уже сидели в машине.

– Ну, – спросил он, когда мы тронулись в путь, – что скажешь по поводу всего этого?

– У тебя есть возможность пробить завещание по адвокатской базе? – поинтересовался я.

– Думаю, можно устроить. Но это дело не быстрое. Нам тоже нелегко обходить бюрократические препоны.

– Ты всё же сделай это непременно. Я почти уверен, что в завещании кроется главный мотив случившегося. Усадьба принадлежит Виктории. Не удивлюсь, если окажется, что в местные царьки вытащила Шмурова тоже жена.

Илья усмехнулся.

– Что? Я прав?

– Прав. До двадцати пяти числился офисным планктоном в министерском подвале. Но природа не обидела его внешностью, а подворотня научила хорошо чувствовать чужие слабости и в нужный момент проявлять наглость.

Карьеру себе при помощи Виктории Павловны сделал с головокружительной быстротой.

– А сын ему родной?

– Родной.

– Обязательно пробей завещание, – повторил я. – И ещё поинтересуйся дальней роднёй и учителями в закрытой школе. Может быть, кто-то, как и настройщик, умер от сердечного приступа или выпал с десятого этажа.

– Да пробью, пробью. Только уже без тебя.

Когда приедем, сразу отправишься в хронокамеру. Останется время только на то, чтобы посмотреть что на диске. Пригодится. А здесь без твоего участия разберёмся. Наша главная задача – вернуть детей. Вершить правосудие в данном случае – не наша прерогатива. У нас с усадьбой просто взаимовыгодная договорённость.

– И что за договорённость такая?

– Мы, – ответил Илья, – возвращаем детей, а усадьба возвращает нам артефакты и навсегда прекращает свои идиотские игры.