Миткаль. Шлейф одержимости

В зале, и правда, яблоку негде было упасть. Шум голосов людей смешивался с грохотом однообразной ритмичной музыки. Тёмный танцпол то и дело прорезали зелёные и ослепительно белые лучи прожекторов.

Я не люблю находиться в скопище народа, да и место это мне совсем не понравилось, поэтому, когда девчонки прокричали, что будут танцевать, я покачала головой и попыталась найти свободный стул за барной стойкой, постоянно натыкаясь на танцующих людей.

Через некоторое время мне повезло занять место в углу, рядом с какой-то малоприметной дверью без надписи.

Танцевать настроения не было. Кто-то назовёт меня старомодной, но я не люблю клубную музыку.

Рядом открыто обнималась пара: молодой человек и женщина в возрасте. Я поспешно отвернулась и принялась разглядывать непрерывно двигающуюся толпу, отмечая, как много в ней молодежи.

Хорошо, что мне уже исполнилось восемнадцать, а то фиг бы меня сюда пустили. Хотя, может, и нечему тут радоваться.

Вскоре ко мне пробрались довольные и разрумянившиеся Амина с Эльвирой, удивлённо спрашивая, почему это я не танцую. Судя по всему, им было жутко весело. Но ещё веселее стало, когда места за стойкой рядом с нами заняли трое парней, обрадовавшие радостным «Приве-е-ет, девчонки!». Девчонки тут же завели с двумя из них какой-то увлекательный разговор, ко мне же все никак не мог подступиться третий.

Низкорослый, в чёрных джинсах и блестящей бордовой рубашке, он здорово смахивал на индюка.

Звали парня Олегом, но вёл он себя так, как будто был, по меньшей мере, Брэдом Питтом.

– Как же ж тебя зовут, красавица? – поинтересовался Олег, приобнимая меня за талию.

Сбрасывая его руку, я честно ответила, что зовут меня Аграфеной.

– Чего-чего? – переспросил Олег, захлопав длинными бесцветными ресницами, – Чё ты мне лепишь, какая ты Аграфена! Наташка поди или Машка! Классно тут, Машка! А ты чё не танцуешь?

Самому ему, видимо, не терпелось, потому что, отхлебнув добрый глоток из бутылки, он начал пританцовывать.

– Не хочется? – переспросил, услышав ответ, – Ишь, фифа какая! Не хочется ей… Если Олежек Царёв зовет, значит, должно захотеться! Аграфена, е-моё!

Девчонки куда-то запропастились. Забыв обо мне, Олег Царёв стал клеиться к девушке в синем блестящем платье. Она оказалась сговорчивей и пошла с ним танцевать.

Когда меня покинул даже Олежек Царев, стало уж совсем тоскливо.