Благими намерениями

Огонь, охвативший весь танк, уничтожил всю боеукладку, в том числе и запас патронов к пулемету. Я вообще удивляюсь, как этот танк не разнесло на мелкие куски после детонации снарядов. Что же касается пулемета, то в искореженной ленте остались только разорванные гильзы. Такие же, как и те, которые устилали ковром все днище танка. Посоветовавшись, мы решили пулемет не брать. А смысл тащить с собой эту бандуру, по прикидке – не меньше двадцати килограммов весом? Еще и без патронов.

Кроме того, насколько я понял, даже если бы были патроны, то без станка стрелять из этого пулемета было бы нереально. И это при том, что вообще неизвестно, работает ли он еще после того, как в ленте рвались патроны. Сама лента была вся искорежена. Но и оставлять оружие на дороге не хотелось – мы прикопали его чуть в стороне от дороги и вернулись к леснику и ребятам.

– Ну что, Богдан, – сказал я, подходя к связанному леснику, – ты свое обещание выполнил.

Лесник напрягся. После того как я связал ему руки, он явно не ожидал, что его отпустят. Я ослабил ремень и отдал его хозяину.

– Спасибо тебе за помощь. Можешь идти домой. Антон, – я повернулся к Антону и отдал ему карабин лесника, – проводи его до дома. Там отдашь ему карабин, только сначала разряди, и возвращайся сюда.

– Сделаем. – Антон повесил карабин лесника на плечо и пошел вслед за Богданом, медленно удаляющимся от нас.

Я пошел рядом с Антоном.

– Когда проведешь его, – шепнул я, – и будешь возвращаться, спрячься где-то недалеко от дома. Полежи с полчаса и посмотри, не идет ли он за тобой. Если что – пристрелишь его. Понял?

Антон молча кивнул и уставился на лесника, который как раз оглянулся. При виде меня, шепчущего на ухо Антону, Богдан скривился и как-то сразу поник. Шаги у него стали тяжелые, шаркающие. Думает, что я приказал Антону убить его? В принципе, он прав. Но здесь все зависит от него – если не пойдет за Антоном или не сделает какую-то другую глупость, никто его не тронет.

Я, приветливо улыбнувшись, помахал леснику рукой и вернулся к Яну, Славко и Казику. Надо решить, что делать с найденным оружием.

* * *

Видели бы вы глаза Славко и Казика, когда я выдал им их первое оружие! Ребята так вцепились в карабины, сжали их с такой силой, будто я дал им что-то такое ценное, что даже не описать.