Кровавый круиз

На потолке множество белых лампочек расположены в форме созвездий. На танцполе всеми цветами радуги мигает светомузыка, рисуя замысловатые узоры на паркете и красном занавесе сцены. Пожилая пара на танцполе делает мелкие шажки то в одну, то в другую сторону совершенно не в такт музыке, словно они пребывают в своем собственном мире. Мужчина и женщина выглядят влюбленными. Перед ними прыгает босоногая девица с экзальтированной улыбкой и время от времени хлопает в ладоши.

– Вот и я всегда хочу быть такой же веселой и жизнерадостной, – комментирует Лу с серьезным видом.

 – Человеку всегда весело ровно настолько, насколько он сам себя может развлечь.

Они проходят между столиками и барной стойкой. Лу протягивает руку к оставленной кем-то полупустой бутылке пива. Светловолосый бармен с осуждением качает головой. Он не сердится, а ухмыляется, но Альбину хочется поскорее уйти.

– Какая жалость, что он решил брать пример со светофора. – Лу кивает в сторону лысого мужчины в паре метров от них.

На нем красная рубашка, заправленная в зеленые джинсы.

Живот торчит над ремнем и смотрит вверх вопреки законам гравитации. Он действительно похож на светофор. Альбин смеется.

Босоногая девица описывает круги вокруг пожилой пары. Танцующие останавливаются и смотрят на нее с недоумением. На краю танцпола появляются накачанные парни в облегающих футболках. Один из них косится в сторону Лу и Альбина, потягивая пиво из горлышка бутылки. «Интересно, – думает Альбин, – со стороны кажется, что мы пара?»

Он становится чуть ближе к Лу:

– У тебя правда есть подруга, у которой мама работает на пароме?

– Да, – отвечает Лу, – и она рассказывала ужасные вещи.

У уборщиков самая отвратительная работа в мире. Подумай сам. Но они получают бонус в пятьсот крон каждый раз, когда им приходится отмывать блевотину. А блюют здесь очень многие. Особенно в каютах. Получается, что на блюющих можно разбогатеть.

Альбин смотрит вокруг. Все выглядит очень чистым. Танцпол окружает бортик из дымчатого стекла с латунным поручнем.

Столы и барная стойка натерты до блеска. Пятен на темно-красном ковровом покрытии тоже не заметно, но в баре довольно темно.

– Лучше всего, когда блюют в унитаз. Тогда блевотину можно просто смыть. Пятьсот крон только за это.

Лу постукивает пальцами по столу. Альбин пытается представить себе работу, на которой каждый день приходится иметь дело с рвотными массами.

– Кроме этого происходит еще много чего мерзкого. – Лу понижает голос.