Епитимья

Молодые деревья покачивались на ветру, и сквозь их длинные стройные ряды лес просматривался на многие километры вглубь.

Разговоры здесь всегда прекращались. Женщины с благоговением, а порой и с открытыми ртами смотрели на лес, будто на их глазах возводилось восьмое чудо света. Эмма не была исключением: она сидела, уставившись через плечо соседки на тонкие стволы сосен и забыв обо всём ненужном и мелочном. Никто из них не смог бы сказать наверняка, что именно они там рассматривали, но этот вопрос работниц и не волновал.

Тишина была настолько глубокой, что можно было услышать бьющиеся в такт сердца.

Через сорок минут деревья начали редеть, а ещё через минуту перестал хрустеть под колёсами гравий: автобус въезжал в рабочую зону №359, где уже вовсю трудились люди в жёлтых комбинезонах. Человеческий муравейник копошился.

Мужчины и женщины примерно одного возраста ходили с тележками и укладывали в них грузы, в которых не было недостатка: повсюду на земле лежало нечто бесформенное и бесцветное.

Рабочие, не задавая лишних вопросов, раскладывали это нечто по тележкам и катили к грузовикам, которые каждые пятнадцать минут уезжали куда-то, заполненные до краёв, чтобы потом вернуться назад уже с пустым кузовом. И так тринадцать часов в сутки, шесть дней в неделю, вот уже двадцать лет.

Только что прибывшие с довольным видом натягивали противогазы и выбирали себе тележки: наконец-то долгожданная служба.

Работа закипела в полную мощь, но, несмотря на изнуряющий труд и знойное солнце, люди не переставали счастливо улыбаться. Женщины иногда поднимали грузы парами, весело подмигивая проходящим мимо мужчинам, а те всегда делали всё поодиночке, показывая тем самым свою силу. Глупость, конечно, но винить их за это было сложно. Так уж устроен мир.

Эмма никогда не задумывалась о том, что именно представляли из себя эти грузы, хотя ей приходилось убирать их почти каждый день.

И никто не задумывался. Эти предметы, если их можно было так назвать, были похожи на размытые образы из снов, которые человек силится вспомнить, но те, когда кажется, что разгадка уже совсем близка, безвозвратно утекают. Люди видели только расплывчатые очертания, как будто смотрели на мир из-под воды или через целлофановый пакет.