Мой аудитор

С порога начал предъявлять моему заму за плохой ремонт в туалете, представляете? А на вступительном слове сказал всем, что если не будут помогать, то он их всех уволит через меня. Мне главбух потом на уши так присела, думал не выпровожу! Молодой, весь из себя – я бы пока повременил.

Отелло запил тяжёлые мысли дорогим напитком. Человек в халате развеселился:

– Ха! Когда-то и я таким был, да и ты, уверен, тоже!

Тут подошёл его помощник в опрятном костюме и белых перчатках. Подал таблетку со стаканом воды и дал вдохнуть баллончик с лекарством.

Хозяин натужно закашлялся. Прогнал парня, проклиная всю эту химию. Отдышался, подытожил:

– Ладно, Тимофеич, поверю тебе. Но если мне что-то не понравится, или я заподозрю, что ты хочешь соскочить, или Берлиндо этот будет совать свой нос куда не положено, я приму карательные меры… Всё. Иди.

Катт кивнул, поставил недопитый стакан виски и молча вышел через дверь террасы, возле которой дежурили два крепких мужика в деловых костюмах и с автоматами за спиной.

– Подборку на этого типа навёл, Саш? – спросил хозяин.

Молодой мужчина в огромных окулярах появился из тени гостиной. Трясущейся рукой поправил очки и протянул в руку шефа сухую бумажную папку. Он тихонько уселся в кресло, где только что был Катт, заявляя деловым тоном:

– У меня всё готово.

– Молодец, – хозяин раскрыл папку с фотографией Птенцова. – Не нравится мне это. Организуй Борю, пусть подтащит своих бойцов и глаз не спускает со всей этой шайки. Особенно с этого… Аудитора.

– Да, господин. Будет сделано! – запоминал Саша.

У особняка на парковке Отелло ждали люди в чёрных машинах с тонированными стёклами. Возле них нервно курили бритые парни в кожаных куртках, татуировках, со спортивными сумками. Это был не тот коллектив, что работал в «Сочном». Катт был зол и обеспокоен, резко уселся в машину, громко хлопнув дверью. Внутри сидела бледная секретарша. Водитель неспешно стал выруливать на выезд.

– Виза, звони Михалёву, пусть утром, нет, сейчас же, наводит мне все справки по поводу этого Птичкина! – грозно дал указание симпатичной девушке босс.

Она сидела рядом, сжимая блокнот и бумаги на неровных худых коленках. Отелло с хрустом распечатал бутылку горной воды, запил обезболивающее.

– Да, слушаюсь. Только… – робко говорила Византина накрашенными губами.

– Что ещё? – рыкнул Отелло.

– Птенцов он, Птенцов.

День 2 – Натуральный продукт. Без консервантов

Рёв будильника прервал сновидения аудитора.