Бойся мяу

 – Затем расставил руки и ноги: – Ну давай! Что еще выкинешь?

Женек не успел еще подумать, а ноги уже запустили мяч тому между ног. Тут же грянул взрыв хохота. Митька на воротах согнулся в смехе пополам. Женька оставил мяч и отбежал, хихикая, от беды подальше. А Коля, сжав кулаки, запрыгал на месте, злясь и посмеиваясь одновременно:

– Ну ты гавнюк! Ловкач, блин, мастер-фломастер!

На этом игра закончилась. Они повалились на затоптанную, уже не такую пышную и все же мягкую траву, потные, уставшие и перепачканные.

Солнце смотрело искоса, словно из-за плеча, стараясь незаметно сбежать. Небо с другого края густело, точно цунами, от которого и спасалась оранжевая звезда. Задышала спокойно трава, залечивая раны, которые источали приятный аромат победы. Такой же запах был и у поражения, но сейчас Женя вдыхал именно победу. Он одолел страх, робость и поселившегося в нем малыша.

– Ты где так научился играть? – спросил Митя. Косые лучи били ему в затылок и подсвечивали и без того ярко-розовые уши.

– Да так, играем во дворе с пацанами. Почти каждый день.

– Везет, – как-то печально отозвался Коля.

Женька подумал не сразу, но, кажется, догадался: в деревне все игры только после работ и забот, не позавидуешь. Но тот вдруг оживился:

– Кто хочет чаю, руку вверх!

Ушастый тут же взметнул свою. Колька тоже. Женя покрутил головой и повторил за ними. Чая, в самом деле, хотелось.

– Тогда за мной! – скомандовала рыжая башка.

Они втягивали осторожно горячий смородиновый чай, поочередно шмыгая носами и в унисон поддувая губами в трубочку.

Жевали пряники, кусали блины на кухне Колиного дома, за круглым с голубоватой скатертью столом, с чистыми руками и умытыми лицами. Тетя Шура, мать Коли, в первую очередь отправила их к рукомойнику. Во вторую расстелила эту самую скатерть, когда сын представил гостя:

– Это Женя. Перепелицин. Ну, ты знаешь, они выше живут, Сашка там маленький. Женя приехал из города на каникулы.

Она поспрашивала Женька, чей же он сынок из полдюжины наследников бабушки Марии, как поживает Лена, его мама, есть ли у него братья, сестры, нравится ли в деревне и как там в городе. Мол, старший, Денис, все собирается туда. Тетя Шура почему-то была совсем не похожа на своих сыновей. Низкая, худощавая, с тяжелыми, какими-то печальными бровями и единственной на бледной коже родинкой на нижнем веке. И, конечно, волосы – без намека на краски солнца.