Тень

Перепачканными по локоть кровью руками, он дорисовывал магический контур.

Почуяв нас тварь остановилась. Монах обернулся и посмотрел на крестоносцев с высока.

– Предначертанное не остановить. – голос демона леденил душу, навевая ужас.

Вовжик бросился на него размахивая огромным клинком.

Монах легко увернулся от меча и отстучал в грудь ляха серию прямых ударов. Вовжик обмяк и присел. Добрыня шагнул к твари размахивая бердышом.

Монах нырнул под летящее лезвие и обнажил стилет.

Но не тут то было. Годы боев превратили Русича в опытного воина.

Мощный удар рукоятью огромного топора опрокинул монаха на камни залы. Рубящий  удар был молниеносен. Но сталь впилась лишь в обветшалую рясу монаха. Тварь мгновенно трансформировалась став тенью.

Пришедший в себя Вовжик плеснул в неё святой водой из мензурки.

От тени отвалился большой кусок и тут же материализовался в жуткую зловонную слизь.

Тварь отошла к центру пентаграммы и начала ритуал. Глухое утробное рычание наполнило залу. Рыцари бросились к ней но заклятье ударной волны выбросило их за предела контура призыва, а сам контур накрылся сияющим куполом.

Повинуясь зову тени, неупокоенные бросились в главную залу.

Молчаливый монах точно знал, что ему нужно. Едва приметные бороздки в защитных солевая кругах позволили армии призраков прорвать барьер.

Солнечные лучи вспыхнули кровавыми бликами рождая вечернюю зарю, неупокоенные наводнили замок. Но все они следовали четкому приказу и с разбегу угодили в контур расчерченной на полу главной залы пентаграммы призыва.

Почти полторы тысячи душ влились своей эктоплазмой заставляя контур дрожать от запредельного накала магической энергии. Воздух внутри пентаграммы поплыл и пелена начала светлеть. Там за полу-прозрачной дымкой восседая на мертвых скакунах переминавшихся с ноги на ноги улыбались всадники Апокалипсиса. Все четверо из пророческого сна Добрыни.

Русич ещё раз с разбега ткнулся плечом в сияющую стену.

– Это какая то магия. Барьер просто так не пройти.

Поляк вынул из кармана небольшой кожаный бурдюк и прыснул его содержимым на контур. Маслянистое пятно поглотило свечение барьера, растворив защитное заклинание.

Добрыня с удивлением посмотрел на Вовжика.

– Освящённый елей. Из Иерусалима. Бросил на ходу пан и полез в дыру.

Энергия хлестала молниями внутри купола. А пелена почти растворилась.

Русич крепче сжал рукоять ритуального клинка и бросился к твари. Тень метнула в славянина веером молний.