Битва на Калке

«И как они в темноте разбирают кто свой, кто чужой, – подумал Забубенный, – нет ведь никакой электроники, ни приборов ночного видения, ни тебе оптики. Весло живут. Мочи всех подряд, а утром разберем, если живы будем».

Промелькнула таки в головушке мысль о побеге. Сзади бились меньше всего, может, и удалось бы прошмыгнуть пока идет такая свалка. Только потом куда? А черт его знает, лишь бы ноги унести. В Задумчивости Григорий сделал шаг назад и упал, оступившись на спину. Земля была мягкая, прогнулась даже под телом механика, но все равно что-то больно ткнуло его в спину.

«У меня же рюкзак за плечами, вспомнил Забубенный, а там фонарик. Жаль только ножик потерял, когда к деревенскими бился, честь свою отстаивал. Да толку от ножика сейчас все равно нет, куда с ним против шашки».

Механик перекатился на бок, рванул застежку на груди и сдернул рюкзачок со спины. Расстегнул молнию, вытащил фонарик. Нажал на кнопку, – в землю ударил широкий луч света.

«Работает, – по-детски радостно пронеслось в голове». Григорий мгновенно выключил его, чтобы не светиться, но было поздно. Его засекли.

– Глянь, Косой, вон там чегой-то сверкнуло, – раздалось в десяти шагах от распластавшегося на земле механика, – можа, злато светится у костра?

– Да где оно твое злато, Рваный, – рявкнул в ответ невидимый Косой, – ты что говорил, что купцы одни поедут, без охраны почти. Не боле пятерых ратников обещал.

– Так и было, – ответил Рваный.

– Ну, втихаря подойдем, говорил, тепленькими возьмем и деру. Ищи нас потом как ветра в поле.

– Так и было, – подтвердил Рваный.

– Ну, а тут что деется? Тут, рыло твое тупое, одних ратников не меньше трех дюжин, вон половина людишек наших лихих полегла уже. А злато где, а купцы куда подевались? Ты вообще нас, на какую поляну навел, гнида?

Рваный молчал, впервые засомневался.

– Да дело верное, мне человечек шепнул, что поедет по дороге черниговской купчина с наваром, да почти без охраны.

За день до Чернигова не доберется. На ночлег встанет в лесу, а тут и мы подоспеем. Так и было, атаман. Зуб даю.

– Короче, Рваный, – решил атаман, – ты мне голову свою отдашь, если мы тут ничего не найдем. А с человечка твоего кожу сниму самолично.

«Жестокие нравы, – подумал Забубенный пытаясь отползти подальше в сторону от сходняка разбойников, – прямо «Коза Ностра» или «Бригада» какая-то».