Сицилийское королевство

Белая орденская хламида уже кое-где занималась дымком. Потрескивали и волосы на голове.

– Куда ты ехал? – громко спросил Субурхан. Толмач, стоявший рядом, также громко перевел вопрос на немецкий.

Рыцарь промолчал и, сделав еще шаг, вновь исчез за пламенем костра. Когда он появился, его белая накидка уже горела по краям. Клаус фон Штир завертелся, пытаясь сбить огонь, но желтые языки стали лизать его только сильнее. Он метнулся в сторону, чтобы выскочить за пределы линии огня, но двигавшиеся параллельно монгольские воины, ловко действуя копьями, быстро вернули его на исходную позицию между кострами.

Фон Штир начал запекаться. Ему было больно. Но он еще терпел.

Субурхан медленно повторил свой вопрос. Толмач также медленно перевел его тевтонцу, который находился уже в самой середине огненной линейки. Доблестный Фон Штир крутился вокруг себя, пытаясь сбить разгоравшийся огонь и бросая по сторонам затравленные, полные дикой злобы, взгляды. Ох, как он сейчас ненавидел монголов. С каким удовольствием он сам вздернул бы их на дыбе и вытянул из них по очереди все жилы, особенно из Субурхана, но сегодня был явно не его день.

И сейчас в нем боролись дикая жажда жизни и преданность долгу, великому магистру и самому императору. Но после шестого костра, когда огонь охватил тело тевтонского рыцаря целиком, и даже веревка, которой были по-прежнему связаны руки фон Штира, начала тлеть, жажда жизни победила.

Тевтонец опрометью бросился бежать сквозь костры и рухнул под ноги Субурхану, весь объятый пламенем.

Даже на Забубенного пахнуло обгорелым мясом так сильно, что он отодвинулся.

– Говори, – спокойно сказал монгольский военачальник, словно не замечая страданий тевтонца.

– Я ехал в замок, что стоит всего в двух днях пути отсюда в горном селении Печ, на границе с Хорватией.

Субурхан помолчал, давая рыцарю выговориться. Фон Штир больше не запирался – у него уже волосы горели на голове.

– Что в этом замке? – уточнил Субурхан.

– Там сейчас находится Констанция, жена нашего императора Фридриха, – выкрикнул он, морщась от боли.

Субурхан довольно ухмыльнулся, погладив свою редкую бородку.

– Жена императора Фридриха? – переспросил он, задумчиво, – Зачем она здесь?

Фон Штир извивался на земле от боли, но разговор был еще не окончен.

– Приехала к королю Андрею, с каким-то поручением от императора. Я не знаю. Но не успела уехать, – вы продвигались слишком быстро.

Субурхан снова самодовольно усмехнулся.

– Да, у нас быстрые кони.