Ещё один день

Тыльную сторону левой кисти неприятно закололо.

– Сиди тихо, – приказал я. – И молча.

Девка бросила окурок на пол, раздавила его каблуком подранного ботинка и закурила вторую сигарету. Я сжал руку в кулак, над кистью появился экран с радостной рожей моего куратора.

– И чё те надо сейчас?

– Риммон, плохие новости, – раздался обеспокоенный голос.

– Давай, обрадуй меня.

– Тебе добавили срок.

– И сколько?

– Ещё три года.

– С хрена ли?! – взревел я.

– А я не знаю. Я просто передаю тебе новость.

– Суки! /Ещё и лыбится!/

– Смотри, за оскорбление тебе ещё добавят.

– Да срал я. У меня тут полная жопа намечается.

– Из-за чего.

– Мой информатор сообщил, что шерифа восьмого кончили, а его отморозки собираются нагнуть штурмотряд.

Девка слегка улыбнулась, когда услышала про информатора. Затянулась и выпустила несколько колец дыма.

– Кто? Эти обезьяны с огнестрелом? – засмеялся куратор.

– А я не знаю. Я просто передаю тебе новость, – злорадно ответил я.

– Про Дэлиса мне известно.

– И поэтому ты начал с новости про добавленный срок?

– Мне твоё негодование побоку, Риммон.

– Когда мы встретимся лично, я с наслаждением тебе втащу, – улыбаясь, предупредил я.

– Не факт, что ты доживёшь до этого момента.

– Я постараюсь.

– Я передам слова твоего информатора, но думаю, что всё это просто похвальба. Эти отсталые ничего не смогут сделать.

– И, похоже, что станции скоро придёт конец.

– Я знаю. Хорошего дня, – куратор закончил сеанс связи.

Вот тварь. Если станция сдохнет, то и нам останется недолго.

– Я могу пожить у тебя? – спросила девка.

– На хрен ты мне нужна?

– Я же твой информатор. Забыл?

– Я подумаю. Ты хотела хавать? Консервы в холодильнике.

Я кинул на стол пачку «Джагернаута». В ней ещё оставалось сигарет шесть-семь. Пусть курит.

– Спасибо, – девка странно таращилась на меня и это начинало раздражать.

– Травись. Я вздремну. Потом поговорим.

???

Я лежал на кровати.

Я не мог заснуть. Не следовало принимать душ. Теперь в голове, назойливыми мухами, роились мысли. Если станция сдохнет – все сдохнут. Я тоже. Станция была и моей личной проблемой. Похоже, настолько личной, что никого кроме меня не волновала.

Замок в двери захрустел. Кто-то пытался взломать его.

– Какого хрена? – громко спросил я, доставая люгер.