Спартанец

Окна третьего этажа с наполовину разбитыми стеклами действительно были завешены одеялами. Вернее, это был не целый этаж, а скорее его часть, похожая на широкую башню, зарешеченные окна которой выходили на широкий балкон.

Пока бойцы присматривались к обстановке, подъехала пожарная машина со стороны, невидимой бандитам. А вскоре, ни от кого не скрываясь, подкатил БТР лейтенанта Широкого. Взвизгнув тормозами, тяжелая машина остановилась. Из открывшегося люка выскочил лейтенант «Тайфуна», а вслед за ним показался дородный полковник Стеценко.

Его большой живот сильно распирал форменный китель и распахнутую шинель, отчего полковник казался Тарасу немного беременным.

Лейтенант достал из бронемашины громкоговоритель, в просторечии «матюгальник», и начал переговоры.

– Меня зовут лейтенет Широкий, спецназ «Тайфун», – рявкнул он так, что эхо разлетелось над всей зоной, – предлагаю вам отпустить заложников и сдаться, пока есть шанс остаться в живых.

– Пошел в жопу, чмо! – раздался крик с «башни», при этом край одеяла на одном из зарешеченных окон откинулся, и за ним на мгновение показался бритый наголо заключенный с широким лицом.

 – Клал я на твой «Тайфун» хер с прибором!

– Заметили? – обернулся Широкий к полковнику, когда край окна снова задернули одеялом.

– Да, – кивнул тот, – это Озогин, рецидивист, пробу ставить негде. Убил троих, прежде чем попасть к нам. Да еще и наркоман.

– Родственники есть?

– Мать-старушка. Она, кстати, под Питером живет, недалеко отсюда.

– Ясно, значит местный.

Это хорошо. Немедленно отправьте за ней.

– Вряд ли поможет, – протянул полковник, – он отмороженный, больной на всю голову. Но все же шанс есть.

– Везите быстрее, – повторил лейтенент, – а я пока потяну время и подготовлюсь к штурму.

Полковник отошел и, жестом подозвав помощника, отправил его за матерью Озогина, за которой из зоны немедленно выехал милицейский УАЗик с мигалкой.

– Чего вы хотите? – попытался наладить контакт лейтенант «Тайфуна», одновременно дав знак своим подчиненным действовать.

Никто из них, кроме Тараса, не нуждался в дополнительных указаниях. План «Освобождение заложников» отрабатывали неоднократно. А поскольку архитектурно зоны в России не очень сильно отличались, то и варианты проникновения в здание все были похожи.

– Наркоты давай, ширева не бадяжного, – выдвинул первое требование Озогин, бывший в этой компании за пахана, – водки ящик, денег пятьдесят лимонов деревянных и вертолет, чтобы прямо здесь сел.